В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Видимо, на этом лимит времени, что он готов был потратить на пленницу, исчерпался. Мотнул головой, и чужие руки снова схватили Кристину за предплечье. До боли сжали.
— Пошли.
Можно было закричать. Упасть на колени. Умолять отпустить её.
Бесполезно.
Кристина лишь обернулась напоследок, прежде чем её вывели из залы.
Лучше бы не делала этого.
Натолкнулась на откровенно порочный взгляд парня.
* * *Думала, её бросят в подвал без окон, где единственным атрибутом мебели будет матрас. Нет, в современном обществе похитители вели себя иначе.
Кристину спустили на цокольный этаж и бесцеремонно толкнули в незакрытую белую дверь. Зато, как только девушка оказалась внутри, послышался негромкий скрежет от поворота ключа.
Кое-как устояв на ногах и проклиная босоножки на шпильке, девушка оглянулась. Комната, куда её поместили, была небольшой, метров двенадцать. Невысокие потолки с точечными светильниками, односпальная кровать с деревянными спинками и кресло. Не густо, но могло быть и хуже.
Кристина, не чувствуя под собой ног, подошла к кровати, села и обхватила себя руками.
Что же делать… что делать…
Выхода не было.
Оставалось только ждать.
В данной ситуации от неё ничего не зависело.
Если люди этого незнакомца с такой легкостью похитили её, то, значит, следили за ней. Знают, как она живет и чем. Луна-праматерь…
Так плохо Кристине не было со смерти родителей. Одиночество и беспомощность — два самых ужасных чувства, которые только могут посетить.
Слёз не было. Кое-как сняв испорченные и порванные босоножки, Кристина с ногами забралась на кровать, застеленную холодными простынями, одернула подол — где гарантия, что в комнате не установлена камера? — и подтянула колени к животу.
Девушка дрожала.
Похищение высосало из неё остатки сил. И если бы только оно…
Через день-два у неё должна начаться течка. Таблеток, усмиряющих организм, нет. И не будет. За день её явно не освободят.
Что будет с ней и её кошкой?
Отчего-то перед глазами встало жесткое лицо Дореченцева.
А потом картинка смазалась. И на его лице появилась мерзкая улыбка того перевертыша, что обещал применить к ней «кардинальные меры».
Глава 6
Спала Кристина плохо. Проваливалась в сон, чтобы через мгновение, как показалось, встревожено открыть глаза. То и дело испуганно вскакивала, озиралась по сторонам, пытаясь сориентировать и спросонья понять, где она находится. Когда воспоминания обрушивались на неё — хотелось закричать от отчаяния.
