В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Её простота и наивность порой его добивала. В кого она, мать вашу, такая уродилась? Вот честное слово, Лакин был бы куда счастливее, будь его сестра прожженная стерва, помешенная на драгоценностях и бабках. С такой они непременно заварили бы несколько крутых авантюр. Эта же…
— Довольна. Не вижу в ней ничего плохого. Я давно говорила, что хочу уехать в Подмосковье. Мне надоела Москва и вся шумиха, связанная с ней и нашей компанией.
— Ты забываешь об одном — «Магнолия» и твоя компания тоже.
Кристина равнодушно пожала плечами и подобрала под себя ноги.
— Мне принадлежит лишь десять процентов акций, и я готова в любой момент их продать.
— Ты этого не сделаешь! — гневно прорычал мужчина, но приказал себе успокоиться. Он давно, ещё в детстве, понял — на Кристинку нельзя давить. Она тотчас вставала в «позу», упиралась «рогами» и делала всё с точностью наоборот. Пришлось усмирить гнев и более жалостливым тоном добавить: — Продажа твоих акций убьет меня.
— Я и не планирую их продавать, просто, когда ты заводишь разговор о компании, начинаю немного нервничать.
— Нервничать не надо. А надо всего лишь привлечь инвестиции Семена Дореченцева.
И снова он взялся за старое!
— То есть, ты считаешь, что я должна его соблазнить! — Кристина всё сильнее начиналась раздражаться. Да сколько можно об одном и том же!
— Ты можешь просто быть с ним любезна?
— Как же! Просто любезна! Перестань, Арман! Может, я немного и старомодна, но отнюдь не наивна!
— Кристи, сестрёнка, ты даже не знакома с ним…
— Тем более…
— Он красивый мужчина.
— Но главное его достоинство — деньги! Не так ли? Его миллионы! — вспылила Кристина и почувствовала, как кровь приливает к лицу. Прескверная ситуация. — Нет, извини, я не играю в грязные игры! Это не по мне.
Арман окончательно разозлился и швырнул пустой стакан в стену. Тот с грохотом разбился, и осколки рассыпались по пушистому ковру, покрывавшему пол в гостиной.
Кристина, не ожидавшая вспышки ярости, испуганно взглянула на брата. Дело принимало серьёзный оборот.
— А что тогда по тебе, а? — закричал он. — Ответь мне! Тебе нравится наряжаться в шмотки, купленные на мною заработанные деньги? Ты предпочитаешь целыми днями пропадать в своей мастерской, рисуя картины, не заботясь о пропитании?…
Не кричи на меня, чёрт побери! — Кристина ругалась редко, но сейчас Арману удалось вывести её из себя.
