Автор
В безумной миссии Дороти должна украсть сердце Железного Дровосека, украсить мозг Страшилы и взять храбрость Льва. Но прежде всего, она должна сама умереть — такова новая логика ее жизни. В мире безумных действий и жестоких законов, где каждое движение подразумевает риск жизни, Дороти оказывается на вершине опасной игры, которую ей независимо от желаний отказаться....
Выполняя рутинную работу под пристальным вниманием Синдры, я с любопытством озиралась по сторонам, наблюдая, как дворец начал заполняться гостями. Пришла Куки по прозвищу Пирожница в окружении телохранителей. Ее усыпанный бриллиантами противень ломился от всевозможной выпечки и подарков для Дороти. Многоцветка, дочь Радуги, проплыла по коридору и спокойно прошла сквозь стену, словно призрак, оставляя за собой разноцветный туманный хвост. Был среди гостей и гигантский Лягух в костюме-тройке и цилиндре, и маленький коренастый волосатый мужчина, похожий на злобного тролля.
— Ого, а Король гномов-то потолстел.
Меня мучил вопрос: кому из гостей действительно нравится Дороти, а кто пришел лишь потому, что не имел выбора? Под какими личинами прячутся шпионы Ордена? Когда вечером претворится в жизнь наш план, будет ли огромная лягушка прикрывать мою спину? Придется ли опасаться удара бриллиантовым противнем? Жаль, Нокс не дал ни единого намека на то, как могут выглядеть наши союзники.
Все ли гости Дороти настолько злые, как она сама, и испорчены, как Страшила, Лев и Железный Дровосек? Или они прибыли, чтобы поднять принцессе настроение, зная, что проигнорировать приглашение от Ее Королевского Высочества равноценно личной просьбе направить на официальное исправление поведения? Ладно, не важно. Я знаю своего врага в лицо. Этого достаточно.
После обеда Синдра собрала небольшую группку горничных в обеденном зале.
— Итак, девочки, — просияла она, восторженно хлопая в ладони. — Я выбрала вас, счастливицы, на роль официанток на торжестве сегодня вечером. А это значит, что остаток дня вы можете отдыхать, мыться и приводить себя в порядок! Это важнейшая ночь, не смейте ее испортить.
И, слава богу, последняя моя ночь в качестве служанки. Пока другие горничные хихикали по пути в свои комнаты, я отстала и машинально нырнула в соседний коридор, сначала даже не осознав, куда иду.
Терраса.
Терраса была пуста, я затворила за собой дверь и подошла к волшебной картине.
— Волшебная картина, — сказала тихо, но твердо, — покажи маму.
