Автор
В безумной миссии Дороти должна украсть сердце Железного Дровосека, украсить мозг Страшилы и взять храбрость Льва. Но прежде всего, она должна сама умереть — такова новая логика ее жизни. В мире безумных действий и жестоких законов, где каждое движение подразумевает риск жизни, Дороти оказывается на вершине опасной игры, которую ей независимо от желаний отказаться....
Индиго яростно отмахивалась, но все без толку — они даже не шелохнулись. Мои глаза широко открылись от ужаса, когда пузыри принялись въедаться в тело, растворяя плоть.
Я дернулась в надежде помочь Индиго, сделать хоть что-нибудь, но была перехвачена Мечерукой, нацелившей на меня свое лезвие. Она поймала меня и плотно прижала острие к шее.
— Прости, — попросила я жевунью. — Прости.
Тогда Индиго посмотрела в мою сторону.
— Не стоит, ты была права. Пожалуйста, помоги нам, — проговорила жевунья. — Ты из Иных Земель.
Лицо ее разгладилось, наполняясь спокойствием и становясь прощально умиротворенным, даже слишком. А в следующее мгновение пузыри добрались и до него. Когда они достигли тела, покрывающие руки татуировки отделились от кожи, соскользнули с нее, и чернила растеклись по земле блестящей, похожей на ртуть лужицей. Индиго таяла.
Сейчас ее едва можно было узнать. Девушка превратилась в сплошную массу липкой розоватой плоти с жалкими отростками вместо рук и ног, а черты лица угадывались лишь по бесформенным пятнам на месте глаз, носа и рта.
— Прекратите! — взмолилась я, роняя слезы. — Прошу. Я не хотела… Я не знала… Она не должна расплачиваться за мои проступки. Пожалуйста!
— Не хочу рушить иллюзии, — с жестокой усмешкой отозвался Железный Дровосек, — но неведение не освобождает от ответственности. Тебе еще представится шанс поведать всю историю Дороти. Принцессе… любопытно узнать о тебе.
Хлоп! И на том месте, где пару секунд назад стояла Индиго, остались только алые пятна крови и кости.
— Весьма грязный метод, но очень эффективен для устрашения, — заметил он.
Он псих. Вся эта страна сошла с ума. Я думала, что Дровосеку подарили сердце, тогда как он превратился в это?
— Теперь ты… — Голос прозвучал глухо, словно его обладатель стоял в другом конце длинного туннеля.
Я не сопротивлялась, не произнесла ни слова. Я просто не могла ничего сказать. Перед глазами почернело. И я стала тенью, подобно им.
9
Только что мы стояли посреди дороги и вот — бац! — все изменилось.
