Автор
В этой книге дыхание замерло на предвкушение, когда два сердца сливаются в единое целое под лунным светом. Занавески тихо развеваются, создавая легкую мелодию умирания. Саския и её возлюбленный словно отражение полной луны – непередаваемо прекрасные и загадочные.
— Ты с ума сошел! Да что ты себе, в конце концов, позволяешь? Да как ты смеешь? — закричала Саския.
— Еще как смею!
Алекс повернулся к Саскии спиной и неторопливой, уверенной походкой направился к дому. За те несколько мгновений, которые он наблюдал за девушкой, он успел заметить, как сильно она изменилась и похорошела за прошедшие годы. А еще Алекс понял, Саския давно перестала быть той смешной наивной девочкой, с которой он встречался восемь лет назад, и то, что она пытается обмануть его, сильно его разозлило.
— Репортерша? Не ожидал, что ты опустишься до такого ремесла.
— Я журналист! — гневно проговорила Саския. Она мгновенно вскочила на ноги и отряхнула налипший на джинсы песок. — Между прочим, пишу для авторитетных экономических изданий. И надеюсь, ты сейчас же вернешь мне мой фотоаппарат и возместишь убытки: карта памяти, которую ты выкинул, — дорогая вещь. Я не могу позволить себе лишние траты.
— Правда? Думаешь, я идиот? Разрешу тебе и дальше шпионить за мной? — Алекс подошел к девушке и заглянул ей в глаза.
— И как, по-твоему, я смогу это сделать? Без карты памяти фотокамера не будет работать."
"— У всех известных мне папарацци всегда найдется в запасе какая-нибудь подлянка, так что лучше я подстрахуюсь. Скажи, куда я могу переслать твои принадлежности, и они будут доставлены в целости и сохранности.
— Без них я никуда не уйду, — произнесла Саския.
— Как тебе, должно быть, известно, ты находишься на моей территории, и здесь условия ставлю я.
— Я же сказала, что пишу для…
— Да? Это так теперь называется? — перебил ее Алекс. — В таком случае скажи спасибо, что я избавил тебя от кучи проблем. В авторитетном экономическом издании за такой материал могут и с работы уволить.
— Никто, — возмущенно проговорила Саския.
— Как же ты меня нашла, если никто?
Лицо девушки исказил гнев.
— Видишь ли, мне показалось, что в память о прежних счастливых временах мне здесь будут рады, — прошипела она.
Алекса передернуло. О прежних временах у него остались совсем не счастливые воспоминания. Точнее, он вообще предпочитал не вспоминать прошлое.
— Я настаиваю, чтобы ты ушла, — холодно сказал он.
