Автор
В этой книге дыхание замерло на предвкушение, когда два сердца сливаются в единое целое под лунным светом. Занавески тихо развеваются, создавая легкую мелодию умирания. Саския и её возлюбленный словно отражение полной луны – непередаваемо прекрасные и загадочные.
Может быть, Алекс блефует, подумала она. Но он уверенно смотрел на нее.
— Не веришь? Думаешь, твой папочка не способен на такую низость, не так ли?
— Это клевета. Ты знаешь это не хуже меня, — прошептала Саския.
— Это факт. Эпизод биографии, которую тебе так не терпится увидеть напечатанной. Марла что, не написала об этом? А ведь именно он стал ее первым мужчиной.
— Гнусная ложь!
— Нет! Гнусный поступок гнусного человека, каким всегда был твой отец. Ты думаешь, он не знал, что она совсем еще невинное дитя? Знал!
— Но ей было только пятнадцать!
— Вот именно.
Саскии еще никогда не было настолько плохо. Она не верила Алексу, но в глубине души чувствовала, он не врет. Ей было мучительно стыдно и больно. Девушка никак не могла смириться с тем, что ее отец — чудовище. Для нее он всегда был добрым и заботливым, самым любящим и любимым отцом на свете. Она пыталась сопоставить свои воспоминания о нем с только что полученной от Алекса информацией. Перед ее мысленным взором стояла Марла — девочка со старой семейной фотографии, маленькая, трогательная и хрупкая.
К горлу Саскии подступили слезы и тошнота. Она влетела в ванную, но забыла закрыть за собой дверь. Алекс вошел вслед за ней.
— Да-да, знаю. Я реагировал приблизительно так же, когда узнал об этом, — проговорил он.
— Я никогда в это не поверю, — прошептала девушка."
"— Достаточно того, что ты знаешь. А веришь или нет — не моя забота. Вы с Марлой вообще никогда не должны были встретиться.
— Ты надеялся уберечь меня от этой информации?
— Ты слишком самонадеянна. Совсем наоборот. Я хотел защитить свою сестру, она не должна узнать, чья ты дочь.
— Так значит, Марла этого еще не знает?
— Слава создателю, нет. Не думаешь же, ты, что она связалась бы с тобой, будь иначе.
— Не знаю. Нет, наверное, — прошептала Саския и спрятала лицо в полотенце.
— Поэтому сделай одолжение, не встречайся с ней больше. Мы с тобой могли бы сделать вид, что прошлое забыто, если бы, конечно, ты не оказалась такой стервой. Я почти не вспоминал, чья ты дочь, когда занимался с тобой любовью, — усмехнулся Алекс, — но яблоко от яблони недалеко падает. Еще час назад я был уверен, это я соблазнил тебя, а не наоборот.
Саския замерла, внутри у нее что-то оборвалось. Она понимала, надо остановить Алекса, но не находила в себе сил.
