Автор
В этой книге дыхание замерло на предвкушение, когда два сердца сливаются в единое целое под лунным светом. Занавески тихо развеваются, создавая легкую мелодию умирания. Саския и её возлюбленный словно отражение полной луны – непередаваемо прекрасные и загадочные.
Это я впутала ее в историю с публикацией моих воспоминаний. Когда я навязала ей свою рукопись, она даже не знала, кто ее автор.
— Я думаю, ей не составило труда догадаться. Когда это ты умудрилась договориться с ней?
— Утром после вашего приезда. Саския гуляла вдоль берега, там я ее и увидела. Мы немного поговорили, она мне очень понравилась. Я ни на секунду не усомнилась в ее порядочности.
— Ну, конечно! Ты же эксперт!
— Она меня предупреждала, что тебе это не понравится, хотела отказаться, но я умоляла ее прочитать эту рукопись.
Алекс стоял молча, взвешивая все услышанное. Он знал, Марла ему не лжет.
— Это ничего не меняет. Рукопись не должна быть опубликована.
— Это моя рукопись, и распоряжаться ею буду только я сама.
— Марла, я всегда действовал в твоих интересах.
— Чушь. Ты всегда думал, что действуешь в моих интересах.
— Вечно ты бунтуешь, как подросток. А я всего лишь хочу, чтобы моя сестра была счастлива.
— Чудесно. Я хочу ровно того же для нас обоих.
— По-твоему, обнародование подробностей твоей бурной биографии способно сделать нас счастливыми?
— Из твоих слов я поняла, что ты ни строчки не прочел.
"— Я уверен, раз книгу согласились напечатать так быстро, значит, в ней содержится нечто шокирующее.
— Но ведь ее написала я — твоя сестра! Неужели ты даже мне не доверяешь?
— Это не вопрос доверия. Я пекусь о твоем спокойствии и безопасности.
— Алекс! Мне уже скоро исполнится сорок. Я просто рассказала свою историю своими словами.
— Я не собираюсь ее ни о чем спрашивать! — перебил сестру Алекс. — И попрошу тебя больше с ней не общаться.
— Как это понимать? Еще вчера вы ночевали в одном номере.
— Это тебя не касается. Ты даже не догадываешься, что она за человек такой.
— Послушать тебя, Саския — настоящее чудовище.
— В каком-то смысле это так.
— Потому что она дочь Виктора Прентиса? Я угадала? — спросила Марла.
— Ты знала это? — опешил Алекс.
— С самого начала.
— И, несмотря на это, ты обратилась к ней со своей просьбой? Марла, я тебя совершенно не понимаю и, видимо, никогда не пойму. Тебе было только пятнадцать, когда Виктор Прентис…
— Тебе незачем напоминать мне об этом всякий раз, я и без того отлично все помню. Тебе в ту пору было двенадцать, и отец не должен был рассказывать впечатлительному подростку о случившемся.
