В темной глушке перед машиной стояла старуха, как будто вынырнувшая из тьмы. Лида с трудом управилась со steering wheel, но в этот момент её внимание прервало огоньки городка. Дрожь и тревога охватили девушку — она не знала, кто там стоит, и решила уйти как можно дальше по пустынной дороге....
Что может быть интересного в какой-то коробчонке. Но делать нечего – под настойчивым взглядом Тихона он откинул ляду и спустился вниз. Домовый прошлёпал следом – покопавшись в дальнем углу, извлёк из набросанного тряпья изношенный дедов тулуп, оттянул на сторону карман, в котором что-то темнело."
"- Вон она, коробчонка. Углядел, Николаша?
- Углядел. – Николай осторожно потянул коробок. Тот оказался совсем небольшим – сантиметров десять в длину – и очень грязным. Толстый слой сажи покрывал его со всех сторон.
- В печи выдержан, в самой топке! - просипел Тихон. – Вишь, дерево подкоптилося.
- И не сгорел? – Николай повертел коробок.
- Под закляткой разве сгорит.
- Что там, как думаешь? – Николаю вдруг расхотелось заглядывать внутрь.
- Глянь сперва сам. После скажу.
На коробке не было ни замка, ни зазора. Николай и вертел его, и стучал, но всё без толку.
- Что ты как маленький, Николаш! – наконец не выдержал Тихон. – Тут словом надо, неуж не дотумкал?
- Да каким словом-то? – вспылил Николай.
В ответ негромко затрещало – между половинками коробка протянулась щель.
- Во даёт! – Николай изумлённо взглянул на запечника. – Прям как в знакомой сказке. Там тоже волшебное слово было – сим-сим...
- Не знаю я никакую сим-симу, - Тихон уставился на коробок. – Ты попросил – он послушался. Вот и вся наука.
- Ладно, давай смотреть. – Николай аккуратно приподнял крышку и разочарованно выдохнул. Внутри не обнаружилось ничего выдающегося. Там лежал лишь старый стёршийся клык.
- Это чей? – доставать находку не хотелось.
- Волколачий. Тот сбросил, а дед подобрал. На семи огнях прокалил, заговором запечатал.
- А поподробнее? – попросил Николай. – Что значит на семи огнях?
- Семь раз печь разжигал. Осиной да берёзой растапливал. Дубовых листьев добавлял. Погостной земелей досыпал.
- Однако, - Николай негромко присвистнул. – Зачем столько возни?
- Чтобы дело сладилось! – Тихон огляделся и зашептал. – С этим клыком оборотиться можно! В волка перекинуться!
- Да ладно тебе, - Николай усмехнулся.
- Дак клык особенный! Волколачий!
- Не верится мне в это, Тихон. Уж прости. Что же дед... колдун его не опробовал?
- Дак не успел! Обряд-то провёл. А после выжидать пришлось. Колдовство вроде как настояться должно. Вот как вино у заполоши. – Тихон мечтательно сощурился. – Она таку-у-у рябиновку соображает! И настой из можжевёловых ягод.
