Опять какая-то возня, мне показалось, что кто-то выругался, потом Коннор снова заговорил, его голос звучал приглушенно и хрипло:
– Привет. Извини. Я просто… собирался с мыслями. Длинный выдался день.
– Ты что, простудился?
– Твой голос звучит как-то хрипло.
– Ага, в горле немного першит. – Он покашлял. – Просто с ума схожу. И приходится говорить тише, Уэс спит.
– Ой, я совсем забыла, у него же сегодня утром были соревнования, – спохватилась я. – Как он выступил?
– Не важно. Упал и повалил барьер.
Я резко выпрямилась.
– Да ты что? Он в порядке?
– Пара синяков и ссадин, но жить будет. Думаю, больше всего пострадала его гордость.
Я тихо рассмеялась и снова расслабилась.
– Значит, твой отец в порядке? – спросил он.
– Завтра у него из горла вынут дыхательную трубку, и это хорошо. Это значит, что он идет на поправку. Боже мой, он выглядит таким слабым и хрупким.
– Ты же рядом с ним. Уверен, для него это очень важно. Он быстро встанет на ноги.
– Ради тебя стоит встать с кровати, Отем.
– Так мило, что ты это говоришь. – Я хлюпнула носом, усмехнулась и вытерла глаза. – Все-таки ты умеешь говорить приятные вещи. Иногда.
– Но недостаточно часто?
Я улыбнулась и погладила пальцем телефон.
– Я многое могу сказать, только каждый раз подолгу думаю, какими словами лучше выразить свои мысли.
– Твои мысли стоят ожидания. И стоят того, чтобы лечь в постель.
Голос Коннора еще больше охрип.
– Ничего. Просто я по тебе скучаю.
– Я тоже, но… – Я тяжело сглотнула. – В смысле, я не уверена, подходящее ли время, чтобы это говорить…
– Ты можешь сказать мне все.
– После того как мы провели ночь вместе, мы не разговаривали, и это причинило мне боль.
– Я знаю. – Он вздохнул. – Прости, Отем.
– Забавно, но когда мы с тобой разговариваем по телефону или обмениваемся сообщениями, я чувствую, что мы с тобой очень близки. Вообще-то, я чувствую себя намного ближе к тебе, чем когда мы рядом.
– Ты говорил, что часто не знаешь, что сказать, но…
– Я всегда знаю, что сказать, – проговорил он. – Всегда. Я просто не могу этого произнести. Когда я с тобой, я словно пьяный. Я пьянею от тебя, а потом я… не знаю. Мне приходится делать шаг назад. И только холодный душ реальности приводит меня в чувство.
– Ты сейчас так красиво говоришь, – тихо сказала я. – Но мне страшно.
– Знаю. И мне тоже страшно.
– Конечно. Я боюсь, что это счастье закончится. Боюсь ранить тебя. Не хочу причинить тебе боль. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Отем. Только и всего. Конец истории.
