Его слова разбудили что-то скрытое глубоко в моей душе. Я думала, что просто немного поплачу от усталости, но теперь разрыдалась, и слезы капали на телефон одна за другой. Я плакала из страха за отца, потому что ферма с трудом сводила концы с концами. Плакала из чувства благодарности за то, что попала домой, и от желания немедленно оказаться рядом с этим человеком, который сейчас находился в сотнях миль от меня.
Выплакавшись, я сдавленно проговорила:
– Постарайся поспать, – хрипло прошептал он. – А если не сможешь уснуть, звони мне. Я буду бодрствовать вместе с тобой.
Снова молчание, а потом мы разом рассмеялись.
– На этот раз действительно кладу трубку. Спокойной ночи, Коннор.
Снова пауза, а потом:
– Спокойной ночи, Отем.
Я отнял от уха телефон и уставился на него, потрясенный тем, что только что сделал. Что я сделал для нее. Потрясенный правдой, излившейся из моего сердца, и эмоциями, передавшимися от Отем мне.
«Ты хотел сказать, ему».
Коннор таращился на меня широко распахнутыми глазами.
Меня охватило отвращение, по венам побежал холодный, густой ужас, смыв тепло, согревавшее меня во время разговора с Отем.
«У тебя с Отем ничего нет, ты эгоистичный болван. Ты ее обманул…»
Я моргнул и покачал головой.
– Это было потрясающе, чувак, – продолжал Коннор. – Ты все сказал правильно. Идеально.
– Ага, – пробормотал я. – Идеально.
– Не бери в голову. Подумаешь, большое дело. Когда она заплакала, у меня напрочь выключился мозг. Знаешь, гораздо проще замолчать и обнять девушку, если она расстроена. Это у меня лучше получается. По телефону общаться трудно. Но ты просто отлично подобрал слова и успокоил ее.
«Чтобы она была счастлива. Только ее счастье имеет значение».
Я цеплялся за эту мысль, боролся с ощущением неправильности, возникшим из-за того, что я обманул Отем. Снова.
– Она приедет в Бостон на День благодарения, – проговорил я. Мой грубый акцент выходца из южного района Бостона снова вылез наружу – во время разговора с Отем я тщательно его скрывал. Я так сильно стиснул зубы, что у меня заболела челюсть.
– Спасибо тебе, старик, – сказал Коннор. – Это было потрясно. Ты просто волшебник.
Он склонил голову набок.
– С тобой все в порядке, да?
– Что? Ага. В полном. Просто устал. И ушибы побаливают.
– Итак. Вернешь мне мой телефон?
Я сообразил, что до сих пор крепко сжимаю в кулаке мобильный.
Я нехотя отдал Коннору телефон.
«Никаких проблем, разумеется. Вот только благодаря мне мы оба увязли в этом.
