Автор
В темной спальне, где тихий звук капающей воды и легкий скрип пола нарушают покой ночи, главный герой чувствует усталость. Он переворачивает на спину и закидывает руку за голову, дыхание становится дробным от напряжения. В этот миг Лора начинает шептать фразы, словно поддаваясь его эмоциям. Здесь началось что-то необычное — доверие и взаимопонимание вплоть до самых темных уголков души....
Похоже, «Доверься мне» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз мы не засыпали до полуночи, но чаще всего мы просыпались каждый в своей постели.
И все же, сейчас я не могу сосредоточиться ни на одном моменте, происходящем между Анной, Эльзой, Кристоффом, Свеном или Олафом.
Когда до конца мультфильма остается полчаса, Оливия кладет лакомства на пол. Я следую ее примеру, и ставлю попкорн на пол.
Я не могу заставить свое колено перестать подпрыгивать, и мне так и хочется сделать что-нибудь со своими руками, а именно взять одну из ее рук.
Оливия протягивает руку, осторожно оттягивая мои волосы, и опускает мою руку к себе на колени, где она медленно переплетает свои пальцы с моими.
— Нормально? — спрашивает она шепотом.
Я смотрю вниз на наши руки. Ее рука такая крошечная, такая мягкая, такая чертовски теплая, и когда я поднимаю свой взгляд, она нежно мне улыбается. Бешеный ритм моего сердца замедляется до ровного галопа, и напряжение в моих плечах спадает.
— Нормально.
— Ты действительно думал, что Олаф умрет там, да?
— Он действительно умер, Олли. Эльза вернула его к жизни, слава богу. Я бы взбунтовался, — я чуть не перекрыл кровообращение в ее руке, сжимая ее так крепко, пока ждал, надеясь, что забавный снеговик снова появится.
— Представляешь, если бы мультики Диснея сейчас были такими же жестокими, как тогда, когда мы росли?
Я вздрагиваю, сжимая ее руку, пока мы идем по фойе кинотеатра.
— Тогда было так много травм.
— Но это сформировало нас. Я бы не стала тем, кем стала, если бы Шрам не сбросил Муфасу со скалы, понимаешь?
— Я никогда не смогу спокойно воспринимать сцену, где Симба пытается его разбудить, — отвечаю я, когда мы выходим в холодную ночь.
Оливия отпускает мою руку, натягивает шапку на голову и достает из кармана пальто свои щенячьи рукавицы.
— Спасибо, Картер. Мне было очень весело.
— Мне тоже. Я рад, что ты пришла, — я переминаюсь с ноги на ногу, улыбаясь ей, а она улыбается мне. Я не хочу прощаться.
Она кивает в сторону улицы.
— Я пойду выпью чаю в кафе вниз по дороге.
— О. Какое совпадение. Я тоже собирался пойти туда и выпить чаю. Думаю, мы можем прогуляться вместе. Может быть, присядем за один столик.
— Ты пьешь чай?
— Никогда.
Оливия захлопывает глаза и смеется, а я обхватываю ее руку в перчатке, когда мы начинаем идти по улице. Крупные снежинки падают с неба, цепляясь за ее ресницы, кончики волос, и она становится похожа на снежного ангела.
