Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Вскинула взгляд и встретилась глазами с Хабибом. Впервые с того момента, как они вернулись из магазина.
Бросило в жар. Удушающий и вязкий. От всего: от этого скупой похвалы, произнесенной словно нехотя, от еще более низкого, чем обычно, тембра его голоса, от взгляда, направленного на меня…Горящего, тягучего, почти враждебного. Будто он пытается, но просто не может не смотреть.
И то, о чем он думает, когда смотрит…
Мой жар смущения перешел в совсем другую, гораздо более горячую эмоцию. Прошелся по кровотоку опаляющим коктейлем и скрутился в плотный зудящий жгут внизу живота.
Я, похоже, такая дурочка…!!!
Я думала, он меня игнорирует, обидевшись, что не поехала с ними. А Хабиб просто ждет, давая мне возможность самой выбрать момент, чтобы наконец уединиться. И ждать ему, судя по тому, как прокатываются желваки на заросших щеках, уже надоело…
–Спасибо…– вслух просипела я и отвела глаза.
Губы сами собой расползались в глупой улыбке от вспрыснувшихся в кровь эндорфинов.
– Да, Мадин, а запеканка вообще песня, – вставил Ренат с другого конца стола, отказавшийся от первого и сразу переключившийся на второе.
Я лишь рассеянно кивнула. Мне было уже не до них. В ушах шумело от подскочившего сердцебиения, а в голове крутилось, какой надеть купальник в сауну и как хорошо, что перед отъездом я закончила курс лазерной депиляции…
Все-таки волосатый в паре должен быть кто-то один…"
"Остальные ребята по цепочке, нестройно начали вторить мне благодарности, звучащие невнятно из-за набитых до отказа ртов.
Надену золотой – он, конечно, микроскопический, но мне очень идет…
К концу ужина вернулись остальные девчонки и притащили с собой вчерашних немцев. Нас снова стало слишком много. На столе как-то сами собой материализовались вино и коньяк, звон бокалов и рюмок разбавил звуки нестройных ударов приборов о тарелки.
Юра любезно предложил Хабибу разместиться у него в номере и занять пустующую теперь кровать Виктора, на что Сатоев, кинув на меня быстрый нечитаемый взгляд, кивнул и пошел в машину за своими вещами.
Я в это время потягивала вино из тонконогого бокала, откинувшись на своём стуле и наблюдала за остальными, упорно стараясь Хабиба глазами не провожать.
