Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Симпатичную, с высокой небольшой грудью, с изящными запястьями, пухлым ртом, черными, блестящими здоровьем волосами и музыкальными пальцами…Внешне она бесспорно была хороша. Вот только взгляд этот кроткий волооких глаз, бледность, тихий голос, будто замедленные жесты, а еще воспоминания, как она в детстве истошно плакала, стоило ей хоть чуть-чуть пораниться…
И вообще все эти картинки из детства… Ее детства, Хабиб- то тогда уже взрослым парнем был, школу заканчивал. Лишние они были…Лучше бы не помнил он ее такой.
"И вот сейчас тоже очевидно, что она считает его слишком взрослым и побаивается. И неуютно себя чувствует, вся зажимаясь. Хабиб знал, что некоторым мужчинам это наоборот нравится. Когда женщина словно пугливая птичка, нежная и непорочная. Но он к таковым не относился – наоборот каким-то медведем, увальнем себя рядом с ней ощущал. Тронешь и сломаешь. Голос повысишь, а она, чего доброго, и в обморок упадет.
А трахать ее такую как?
Хабиб хмурился, исподтишка наблюдая за невестой и примиряясь с новой действительностью. О том, что еще неделю назад его ничего не смущало, а сейчас вдруг так сильно коробило, старался не думать. Нельзя об этом думать было…Сразу становилось понятно, с кем он Патимат невольно так дотошно сравнивает, а это ни к чему хорошему не приведет.
Решено уже давно все. Он за столом у дядьки Вахида сидит, вся его родня рядом, а скоро это и его родня будет.
Тосты за Новый год, на который было уже столько планов построено, сыпались один за другим. Хабиб, толком и не спавший из-за Мадины, а потом еще руливший преимущественно по серпантину около трех часов, быстро хмелел. И чем пьянее он становился, тем сильнее его раздражали и тосты эти, и давящее молчание невесты.
– Как учеба? – он наконец повернулся к Патимат и посмотрел в упор.
От неожиданности она чуть поперхнулась. Испуганно отпрянула, бледнея еще больше и широко распахивая до неприязни невинные глаза.
– Хорошо, – тихо выдавила, будто он ее пытает, а не задает вполне обычный вопрос. Сглотнула и добавила, – Все госы на пять…
– Отличница, значит? – хмыкнул Хабиб, потянувшись к вину.
– Да, – потупилась Патимат и покраснела.
– А диплом про что писать будешь? – Хабиб решительно настроился ее разговорить.
