Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Самым безопасным было вновь отвернуться к окну и невидящим взглядом следить за мелькающим за стеклом пейзажем.
Я так и сделала, безразлично скользя взором по проносящимся мимо живописным деревенькам, сухим виноградникам, оврагам, холмам и редким перелескам.
Никогда…Никогда больше слова против не скажу этому страшному человеку! Как вообще можно так оглушающее молчать, что от давления у меня вылетают барабанные перепонки.
Простое, но такое ёмкое слово ""извини"" застыло на моих губах, не рискуя с них сорваться. Оно бы прозвучало слишком формально и все равно ничего не изменило.
Где-то через час нашей муторной поездки у меня ожил телефон.
– Мне тут адрес прислали.
– Вбивай, – Сатоев, не отводя глаз от дороги, снял свой телефон с крепления на торпеде и протянул мне.
Вбила. Вернула телефон на место. Сказанные вслух скупые слова, казалось, еще проносились эхом по салону, щекоча слух. Ну, точно. Никаких бесед больше не будет. С трудом подавила разочарованный вздох и вновь уставилась в окно.
А там начиналось настоящее волшебство. Перед нами вдруг выросли горы! Пока еще вдалеке, на горизонте, но уже невозможно было отвести глаз от этого колючего бесконечного заснеженного хребта, напоминающего о величии природы.
Я моментально забыла о наших размолвках с Сатоевым, с любопытством крутя головой и озираясь по сторонам.
У подножия хребта раскинулся город – столица этого региона, и мы сейчас в него въезжали. Невысокие многоквартирные дома с покатыми треугольными крышами, скульптурные группы почти на каждом площадном пятачке.
