Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Юрка изображал из себя добродушного бармена для гостей- немцев и девчонок, одновременно уговаривая всех во что-нибудь поиграть, а не просто напиваться.
Меня все встретили бодрыми криками, кое-кто кинулся обниматься, но быстро вернулся на свое место обратно. В общем, сильного фурора я не произвела. Всем итак было весело.
Юра уже успел отнести мою сумку в самую дальнюю маленькую спальню на одного человека. Крохотная комнатка со скошенной крышей и большим круглым окном- иллюминатором, отчего пространство еще сильнее напоминало аквариум, а я себе в нем- маленькую рыбку.
Ну и что, зато без соседей.
Поселиться одной для меня было принципиальным условием – ненавижу спать с другими людьми на расстоянии ближе, чем пара метров. Я долго ворочаюсь, мучаюсь от кажущейся мне духоты и совершенно не высыпаюсь. Даже будучи в браке, я уходила в другую комнату от Косулина, чем, надо сказать, сильно его задевала.
Быстро скинув дорожную одежду и облачившись в бежевый спортивный костюм, я спустилась обратно в гостиную. Устроилась на кресле – качалке рядом с меланхолично бренчащим что-то Ренатом, приняла бокал с вином от Юры и стала наблюдать со своего места, делая маленькие глотки, как ребята играют с гостями-немцами в крокодила. Взрывы хохота периодически оглушали. Иногда хохотала и я сама, искренне, до слез, пополам сворачиваясь в своем качающимся кресле.
Все-таки правда жаль, что он вот так уехал…
Около часа ночи я извинилась перед всеми и, сославшись на усталость от долгой дороги, отправилась спать. Хотя скорее, просто лежать, уставившись в побеленный дощатый потолок и мучиться от никак не отпускающей тоскливой тревоги. Неясное, но такое выматывающее ощущение потери изводило. Шумное веселье внизу воспринималось тонким издевательством и почему-то хотелось плакать.
Поклявшись себе завтра взять себе в руки, я сильно зажмурила веки и приказала мозгу спать.
В следующий раз открыла глаза, когда за окном – иллюминатором уже светало. Было оглушающе тихо. Лишь чужой мерный храп щекотал уши на грани слышимости. Дом крепко спал. Поворочавшись с боку на бок пару минут, я плюнула и встала с кровати.
