Автор
Весна 1898 года принесла Лыкову новые испытания: шайка жестоких бандитов начала огульно разворачивать посреди Донецкого бассейна. Уже за месяц они грабили казенные и частные учреждения, убивая восемь человек. Взрывы и выстрелы создают напряженную атмосферу безвременной войны в деревне Донецка....
Прошу извинить, но такова правда.
– Зачем Язепу привилегии на вагоны? – развел руками Яан.
– Как зачем? Это называется коммерческий шпионаж. В Европе он давно уже известен. Вот, дошел и до России.
Титус сокрушенно отвел глаза.
– Стыд-то какой, – едва слышно пробормотал он. – Лучше бы воровал…
– Я так понял, что пилораму вы у нас покупать не будете, – не столько спросил, сколько констатировал Гросвальд.
– Еще чего! – возмутился Лыков. – Нужная штука. Давайте договор, мы его изучим и, может быть, сразу и подпишем.
– Язеп умер, но так уж вышло, – поддержал Титус. – Приношу свои извинения за него.
– Что вы, что вы…
– Давайте договор. Мертвое мертвым, а живое живым.
Друзья прочитали контракт, и Алексей тут же его утвердил. Гросвальд на радостях налил всем по рюмке хорошего коньяка. Простились они по-дружески.
Выйдя с завода, лифляндец сказал:
– Хорошо, что мы начали не с «Дюны», а с «Феникса».
– Почему? – удивился Алексей.
– Коммерческий шпионаж. Вдруг это они наняли брата?
– Глупости! В Риге есть еще один вагоностроительный завод.
– Ты имеешь в виду Русско-Балтийский вагонный завод?
– Да. Им «Феникс» прямой конкурент. Еще и заказы друг у друга перебивают, – Лыков посмотрел победно, довольный своей прозорливостью.
– Видно, Леша, что ты приезжий, – ответил Титус. – У обоих этих заводов один акционер, господин Фрейвит. Он что, сам у себя секреты тырит?
Алексей озадаченно молчал. Потом сказал:
– Поехали, глянем на эту «Дюну». Большая Соборная – это где?
– В старом городе, близ ратуши.
– Найдем ресторацию напротив и понаблюдаем в окошко. Бойкая ли лавочка, много ли ходит искателей мест. Солидно выглядят или так, на пять копеек.
– Много же мы узнаем таким способом, – скептически заметил Титус.
– Надо с чего-то начать. А там попросим Никифорова навести справки.
Друзья так и поступили. Они заняли столик у окна в ресторане на углу Господской и обедали целый час. За это время дверь конторы ни разу не открылась, никто не вошел и не вышел.
– Давно такого не видел, – сказал он приятелю, когда они вышли на берег Двины. – Три ригеля! Внутри механизм повышенной сложности. И бронированные накладки на петлях. Замучаешься вскрывать…
– Ты что задумал?"
"– Да это так, к слову.
