Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дозор навсегда. Лучшая фантастика 2018» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник лучшей фантастики 2018 года объединяет произведения признанных мастеров и молодых авторов. Фэнтези, мистика, киберпанк и альтернативная история создают многоцветную палитру историй на любой вкус. Каждое произведение – отражение актуальных вопросов современности в зеркале...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Это же первое практическое подтверждение теории n-мерности Вселенной. Но результаты любого эксперимента только тогда можно считать достоверными, если они проверяемы и верифицируемы. А для проверки нужно еще поработать. Потребуется минимум три, а лучше пять серий экспериментов, причем не в нашей, а в других лабораториях, независимых. Явлениями сверхпроводимости и сверхтекучести плотно занимаются, насколько я знаю, в Дубне. Есть лаборатория низкотемпературной механики в Челябинске. Сильные низкотемпературники есть в НИИ криогенной техники в Красноярске. Хорошо бы именно они перепроверили мои результаты. Но для этого я должен заявить открыто о своих экспериментах. Самый лучший вариант, если мне позволят подготовить и опубликовать статью в журнале «Физика низких температур». Вот для этого я и направил докладную в первый отдел. С кратким резюме, естественно. Без визы режимников у нас даже чихнуть все боятся, ты же сам знаешь…
– Дорогой мой человек, да разве ж я против науки? – Трунов раскрутил термос, налил себе чаю в металлическую кружку и сделал несколько торопливых глотков. – Ты меня знаешь не первый год. Неужели ты думаешь, что я какой-то там инквизитор? Я тоже не за тиранию и костры, а за вертикальный прогресс. Вот скажи мне: сколько ты миров этих параллельных насчитал?
– Примерно шестнадцать. Плюс-минус…
– Отлично. Если бы во всех твоих параллельных мирах повсеместно и закономерно рухнул капитализм, счастливое человечество под руководством сам понимаешь кого двигалось бы по магистральному пути развития к высшей ступени социального прогресса – коммунизму, а по пути, как положено, познавало тайны природы и осваивало Солнечную систему, ни одного даже самого маленького вопросика к тебе бы не возникло, поверь. Да что там говорить, на руках бы тебя носили, Сева. Звание академика получил бы. И даже Госпремию. Но ты же со школы у нас упрямый. Во всем и всегда сомневался. Поэтому и параллельные миры у тебя с программой партии никак не состыкуются. Мало того, идут с ней категорически вразрез. Удивлен ли я? Нет, не удивлен. Вполне логично, что в твоих мирах никто не строит коммунизм. И даже нашей горячо любимой Родины, которая дала тебе все, на карте нет.
– Мы сейчас о разном. Ты – о фактах, а я – о цели научного познания и научных принципах.
– Так и я о принципах, – воодушевился Трунов. – Ты сам прекрасно знаешь, что принцип у нас у всех один – диалектический материализм. А методологии две: одна наша, правильная, марксистско-ленинская, которая движет человечество вперед семимильными шагами, вторая – ихняя, неправильная, буржуазная, и тянет она всех назад, во мрак средневековья. Давай на секундочку предположим, что результаты твоих экспериментов – это не плод воображения свихнувшегося ученого.
