Автор
В тревожной атмосфере ужаса и драмы, главный герой с вызовом подставляет себя между противоборствующими сторонами, готовясь пережить выстрелы для того, чтобы рассказать о своем опыте. Его самоотверженность привлекает внимание криминального мира, но и увеличивает риск для жизни....
Барсукова убили накануне вечером, впечатления и эмоции были еще свежи, и в надежде услышать или увидеть что-то интересное и полезное для дела полковник поехал на автовокзал.
Прибыв на место, он некоторое время изучал расписание и толкался среди пассажиров. В итоге, не увидев и не услышав ничего интересного, направился в близлежащее кафе, не сомневаясь, что именно оно при жизни принадлежало Барсукову. Других мест, где можно перекусить, в окрестностях просто не было. Войдя в просторный холл, собрался было уже пройти в зал, как вдруг услышал доносившиеся от приоткрытой задней двери голоса.
— …так что жди войны, малой. Такого жару Седой задаст, мало никому не покажется.
— А может, еще не задаст?
— Увидишь. Румын совсем страх потерял. Сначала Коля, потом Барсук. Что он о себе думает? Основного решил сыграть? А кто он такой?
Из-за двери, за которой не было видно говоривших, медленно выплывали клубы сигаретного дыма. По-видимому, кто-то из персонала кафе вышел на перекур, но не хотел, чтобы за этим интимным процессом наблюдала вся улица.
Гуров весь обратился в слух, стараясь не пропустить ни одного слова из заинтересовавшего его разговора.
Интерес этот усиливался еще и тем, что один из голосов показался ему знакомым. Он очень походил на голос весельчака, который слышал полковник вчера вечером, сидя на чердаке за шкафами, и он почти не сомневался, что именно неунывающий говорун по кличке Клоун стоит сейчас за дверью и пророчит войну.
— У румына — бабки, — заметил его собеседник.
— И что? Если все против него встанут, тут никакие бабки не спасут.
— А чего на него наехать-то хотели?
— А ничего. Не нужно соваться куда не просят. Дали тебе кусок — пользуйся. И благодари за доброту. А если весь свет готов сожрать, так это и подавиться недолго. Чего ему не хватало? Никто к нему не лез, никто не трогал. Работай себе спокойно, «снимай пенки». Вот ты сейчас сказал — у него бабки. А откуда он их взял? Все оттуда же. Оттого, что приняли его и кусок выделили. Так нет, мало показалось, захотел сверхприбыли грести.
— А чего не оставит-то? Он же убить его хотел. Кому это понравится? Любой бы… защищался.
— Да? А если он слов не понимает? Думаешь, ему не говорили? Еще как говорили.
