Вот уже второй час я борюсь за каждый шаг. С каждым уровнем врагов становится все больше и больше, они стремительно подступают к финальной битве. Но чем дальше мы продвигаемся, тем более неожиданными оказывается окружение — кажется, что наше приключение только начинается....
Лешка лежал на высокой кровати по центру, раздетый, прикрытый простыней, руки перебинтованы, вытянуты снаружи по бокам.
Я медленно приблизился к нему.
Лицо бледное, глаза закрыты. Кровь с него уже смыли.
Глянув на парня, ком подкатил к горлу. Вновь сжав кулаки, да так, что ногти впились в ладони, вскинув голову вверх, заорал от отчаяния, как дикий зверь.
Категорическое неприятие происходящего, окончательно затмило рассудок.
Резким движением сорвав с него простынь, положил на грудь свои ладони. Она была в синяках, кровоподтеках, ссадинах, уже зашитых порезах.
— Я не дам тебе умереть. — Прорычал сквозь зубы.
Из глаз обильно текли слезы, скатываясь по щекам, капли падали на его грудь.
Вновь задрав голову вверх, сильно зажмурившись, весь напрягся, чувство собственного бессилия, просто рвала меня на части.
В этот момент в голове прояснилось, из каких-то глубин подсознания, что-то прорвалось, всплыло наружу, я знал, что нужно делать.
Резко опустив голову, посмотрев на парня, закричал:
— Стана, Стана Май Арис!
Мое тело содрогнулось, я ощутил, как зашевелилась во мне энергия, забурлила, пошли какие-то волны.
— Тина Май! — Выкрикнул я.
Руки засветились голубоватым светом, глаза расширились от изумления.
Я задрожал, от рук пошло тепло, появилось ощущение, как моя энергия потекла в его тело.
Тут же проснулся внутренний голос.
— Уровень жизненной энергии сто десять процентов.
— Девяносто процентов.
— Семьдесят процентов.
— Пятьдесят процентов.
Перед глазами поплыли круги, тело закачало, я почувствовал внутри себя холод, но было на всё плевать, главное спасти его, он должен жить!
— Тридцать процентов.
— Двадцать процентов.
— Критический уровень. Десять процентов.
— Остановись! — Услышал я чей-то громкий, взволнованный голос. Меня, схватив за шкирку, кто-то резко отбросил в сторону от парня.
Грохнувшись на пол, успел заметить испуганное лицо Беломира, а следом, врывающегося в палату деда, прежде чем потерял сознание.
Глава 25
Сколько был в отключке, не знаю, очнулся дома, в своей постели.
Тут же в голове прозвучал голос.
— Уровень жизненной энергии составляет двести процентов.
Ничего себе. Это мало того, что все восстановилось, так еще и увеличилось!
Дверь резко открылась, в комнату вошел взъерошенный дед.
Глянув на него, я улыбнулся.
Лицо осунулось, глаза красные, похоже, совсем не спал.
