Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов....
Серьёзных укреплений в нём не было, земляной вал с частоколом не в счёт, против артиллерии и атакующей колонны пехоты за такой защитой долго не продержаться, но вот отбиться от небольшого и тем более конного отряда было вполне возможно.
Напротив двух прикрывающих ворота ретраншементов крутилось около полусотни казаков. До ушей долетели дальние хлопки выстрелов. Как видно, защитники укреплений и сами всадники постреливали, но активных действий никто из противников не предпринимал. Салов вытащил из чехла блестевшую бронзой подзорную трубу и долго оглядывал крепость.
– …Пушек не вижу… – долетел обрывок фразы от Салова. – …Казаки бы разглядели… Вечер скоро, если не возьмём, полк в поле ночевать будет… Нужно рискнуть!"
"– Кажись, атаковать хочет их высокоблагородие, – пробормотал тоже прислушивавшийся Блохин. – А если в городе целый алай турецкий стоит или вдруг пушки спрятаны? Так-то оно хорошо, конечно, генералу цельный город для ночёвки на блюдечке поднести.
– Лёнька! – одёрнул его прапорщик. – Штуцер лучше свой проверь и отделение огляди.
– В порядке всё, Тимофей Иванович, – пробормотал тот, но всё же потянул винтовальный карабин из бушмата и отщёлкнул на нём курок.
– Внимание, отряд! – гаркнул Салов.
– Лёнька, во вторую линию! – скомандовал Гончаров. – Ковригин, Усачёв, тоже туда со своими штуцерами. Мишин у нас и так во второй, хорошо. Смирнов, Очепов, Ярыгин, Казаков, вы в первую выезжайте!
– Время! – прокричал подполковник.
– Но, Янтарь! – Вытащив мушкет, Тимофей дал шенкелей коню.
Две атакующие линии с ускорением начали разбег в сторону крепости.
– Три сотни шагов, две, сотня, – отсчитывал про себя оставшееся до вала расстояние Тимофей. – На ретраншементах мелькнуло несколько голов и хлопнули выстрелы.
