Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов....
Вокруг них мелькали только лишь уланские и драгунские мундиры да казачьи кафтаны и папахи, а в сторону высот откатывалась разбитая конница турок.
– Всем! Всем! Под знамя! Сбор! – доносились звуки сигналов Стародубовского штаб-трубача. Каждый из них трубит по-своему, и только лишь для неопытного уха эти сигналы звучат одинаково.
– Под знамя, под знамя, сбор! – летело по усеянному телами полю, и, объезжая павших, кавалеристы спешили к полощущимся на ветерке полковым знамёнам.
Тимофей стряхнул с лезвия кровь и тронул поводья.
– Вперёд, Янтарь! Пошли к нашим.
– В две линии становись! – строили своих драгунов эскадронные командиры. Вот и голос Копорского, и, поспешив на его зов, Гончаров занял место на правом фланге, а в растянутые линии тем временем, уплотняя их, въезжали всё новые и новые всадники.
– Круго-ом! – донеслась команда полковника. – Аллюр рысью! Догоняющим заполнять заднюю линию!
Переместившись вперёд, Тимофей огляделся. Блохин, Чанов, Лихачёв, все его унтеры были на месте.
– Где Еланкин?!
– Тут я, вашбродь! – долетело с левого фланга.
«Ага, рядом Казаков с Медведевым и Данилов, все “кавказцы” живы и в строю», – мелькнула в голове успокоительная мысль.
– Отделенным командирам осмотреться, доложиться о потерях!
Полк отъехал от места недавнего боя и встал на свою прежнюю позицию за колонной графа Каменского 1-го. По докладам унтер-офицеров стало ясно – взвод потерял одного драгуна убитым.
Тем временем от главнокомандующего прискакал вестовой, и пехотная колонна левого фланга пошла вперёд. Почти одновременно с ней начала движение и колонна правого фланга. Русские орудия, бившие непрерывно по высотам, заставили замолчать батареи неприятеля. Колонна графа Каменского 1-го перешла через мост на реке Страж и по приказанию из ставки развернулась вправо, примкнув к левому флангу Уварова, закрывая тем самым большой разрыв.
