Внутри клуба "Драгун" скрываются секреты и опасности. Здесь тесно проживают политические картежники и загадочная личность с ником Базарджик. Кровь летит из кресел в стены, а грохот выстрелов отражается от потолка. В этом месте ты найдешь больше вопросов о настоящей власти и меньше ответов....
Марк наказал передать, если что непредвиденное случится, он ещё одного гонца к вам пошлёт, а так-то пару часов побудет там для уверенности и потом нас нагонит.
– Что ещё приметили?! – бросил Гончаров.
– Сипахи это, вашбродь, – уверенно заявил Казаков. – Одвуконь. Потому как за каждым верховым ещё и заводной шёл. В селе шум был сильный. Видать, турки местных гоняли.
– Одвуконь, одвуконь, – повторил Тимофей. – Плохо. Отдохнувшие и со сменными конями, они нас быстро завтра нагонят. А нам ведь ещё идти весь завтрашний день.
Шли всю вторую половину ночи, уже на рассвете, пройдя Белославское озеро, командир дал полчаса отдыха, как раз тут их и нагнал Смирнов Марк с тремя своими драгунами.
– Заночевали турки, – доложился он Гончарову. – Но, наверное, как раз в это время и поднимутся. Дорогу-то всё лучше и лучше видать."
"– Так, братцы, нам ещё до места переправы через реку часа три ехать, – пояснял Тимофей своим унтер-офицерам и командирам пятёрок.
До знакомой переправы доскакали экономной рысью. Клушин с двумя драгунами сразу перемахнул через реку и отыскал лодку именно в том месте, где её и оставляли. Вьюки и языка перевезли на ней, и уже потом драгуны вместе с конями переплыли на противоположный берег.
– Уходите! – Гончаров махнул рукой. – Иван, сразу большой аллюр коням не давайте! И гонцов вёрст через пять только посылай!
– Понял, ваше благородие! – отозвался Чанов. – Но-о! – хлопнул он по крупу лихачёвского коня, на котором ехал язык. – Фролка, пристраивайся вплотную к турку. Вперёд, братцы, рысью марш!
– Вот упрямый же ты человек, Архип Степанович, – ворчал, вглядываясь в противоположный берег, Тимофей.
