Осень 1809 года. Молодой прапорщик Гончаров служит в Нарвском драгунском полку на Кавказской границе. В разгар войны с турками и персами он предстанет перед испытанием боем, где каждый поступок может стоить жизни. История о чести, долге и цене победы в условиях императорской России.
Раздел Chitat.online для книги «Драгун. Крест за Базарджик» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Осень 1809 года. Молодой прапорщик Гончаров служит в Нарвском драгунском полку на Кавказской границе. В разгар войны с турками и персами он предстанет перед испытанием боем, где каждый поступок может стоить жизни. История о чести, долге и цене победы в условиях императорской России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Осень 1809 года. Молодой прапорщик Гончаров служит в Нарвском драгунском полку на Кавказской границе. В разгар войны с турками и персами он предстанет перед испытанием боем, где каждый поступок может стоить жизни. История о чести, долге и цене победы в условиях императорской России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пехота пробежала по полю и ринулась в штыковую. Турки отбивались, но такого яростного сопротивления, как прежде, уже не было. К ним в тыл зашёл отряд генерала Кульнева, и они очутились в окружении. Несколько минут ближнего боя – и, бросая оружие, турки ринулись прочь, спасая свою жизнь.
– Преследуем неприятеля! – пронеслась команда, и началась кровавая гонка. Янтарь немного успокоился, и Тимофей опять нёсся по полю, среди кустов и зарослей, рубя спины, головы и руки бегущих. Горе побеждённым! Кавалерия собирала кровавую жатву. Только уже в густых сумерках прекратили преследование. Назад Гончаров ехал с тремя своими драгунами, сопровождая около полусотни пленных. Одной рукой оглаживал бедного Янтаря, в другой держал захваченный бунчук.
У турок оставался только лишь один не взятый штурмом лагерь. Сбежавшись в него, они с ужасом вглядывались в темноту, видя, что их окружают со всех сторон.
В полночь Ахмет-паша прислал парламентёра, дабы просить у русского командующего свободного отступления. Каменский отвечал, что если он к пяти часам утра не сдастся военнопленным со всем своим воинством, то на рассвете будет атакован и тогда не должен ждать помилования.
Ахмет-паша не стал противоречить и приказал своим воинам сложить оружие.
Армия турок, шедшая с запада к Рущуку, была наголову разбита. Потери её были огромны. Только лишь пленными было взято более пяти тысяч человек, убитых сосчитать было невозможно. Трупы лежали на протяжении пятнадцати вёрст преследования русской конницей. Целые горы их остались в укреплённых лагерях и Батине. Многие тысячи утонули в Дунае. Погиб и сам командующий армией сераскер Кушанец-Али. В качестве трофеев было взято четырнадцать орудий, сто семьдесят восемь знамён и огромное количество припасов.
Решительная победа под Батином стоила русским четырёх генералов, семидесяти восьми офицеров и одной тысячи четырёхсот шестидесяти нижних чинов убитыми и ранеными.
Дорога на запад в сторону Никополя и Свиштова была открыта. А там дальше за Плевной была Сербия, охваченная восстанием. В тылу же оставались обложенные русскими войсками крепости Журжа и Рущук, и смысла оборонять их у турок дальше не было.
Глава 10. Малыми силами к Свиштову. Принуждение к сдаче
– Сбор! Сбор! – звенели поутру двадцать восьмого августа сигналы трубачей. – Построение взводных колонн!
– Первый взвод, по четыре в ряд становись! – донёсся крик поручика Назимова.
– Второй взвод, становись, третий взвод, становись! – послышались голоса Гуреева и Маркова.
– Четвёртый взвод, в колонну по четверо! – Тимофей, приподнявшись над седлом, поднял вверх руку, указывая место построения.
Один за другим выстраиваясь в походный порядок, занимали свои места драгуны.
