В пещере Торатау, где свет изнывает под жестоким южным солнцем, Дима вновь задерживается в постели. Мама его упрекает за каждый час, когда он остается без дела — ребята скоро приедут, и рюкзак ещё не собран. Здесь воздух острый как лезвие, а сознание пытается вернуться из телеги ковчега в мир обычных дел....
Рекомендую вам сейчас больше покоя и сна.
– Да я как раз только этим тут и занимаюсь, – хмыкнул тот. – Здесь сейчас самое удачное место для этого.
– Ну да, действительно, – улыбнулся врач и кивнул стражнику. – Пойдемте, милейший, меня Фёдор Евграфович у себя ожидает.
– По пожару на Покровской улице, Алексей Игнатьевич, выяснилось, что начался он с дома сапожника Копылова Ивана, – докладывал городничему капитан-исправник. – Ванька, по свидетельству соседей, две недели уже был в запое и работой вовсе даже не занимался.
"– Говорил я тебе, Фёдор Евграфович, что давно надобно нам свою пожарную команду во главе с брандмейстером создавать, – проворчал городничий.
– Понял я, Алексей Игнатьевич, займусь, – кивнул исправник. – Всё как-то руки у меня до этого не доходили. Ну, видно, и правда пора нам для городского благочиния собственную уездную службу огнеборцев создавать. Далее, по тяжбе башкир с заводчиками Пашковыми. За двадцать десятин земли по левому берегу реки Тор ближе к речке Нугуш Дарья Ивановна согласилась выплатить им пять сотен рублей и ещё поставить старшинам двадцать пудов муки.
