В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
К уголку глаза прикоснулись теплые губы.
Постояли, словно прислушиваясь, тронули веки, прошлись по бровям и спустились к щеке, поглаживая и осторожно прихватывая кожу.
«Поцелуй меня» – заныла душа, вдруг остро захотев то, чего в моей жизни почти не было.
Словно услышав, мужские губы тронули мой рот. Легко, невесомым приближением губ к губам. Огладили дразнящим движением, почти без касания, лишь дыханием на двоих.
«Пусть поцелует по-настоящему!» – мелькнула шальная мысль, и губы мужчины захватили мои ждущие, приоткрывшиеся навстречу губы.
Втянули их нежно и властно, словно только и ждали момента подтвердить свое право ими владеть.
И отпустили, чтобы тут же раздвинуть языком, по-хозяйски ворваться внутрь. Гладя мой рот, касаясь нёба, зубов, исследуя обратную сторону губ и заставляя меня стонать и цепляться за его плечи судорожными пальцами.
– Лиззи, моя красавица. – жаркий шепот опалил не губы, а кажется само сердце, заставив часто задышать – о, боги, как же это было правильно и хорошо.
Я давно забыла, что должна притворяться спящей, потянула его к себе и снова распахнула губы, приглашая и предлагая…
– Крикуха, с ума сошла? Ты с кем лижешься, дурында? Неужто передумала за ректора выходить? – шарахнул по ушам противный голос.
Почему, ну почему все хорошее в моей жизни обязательно заканчивается какой-то дрянью?
Я замерла и с трудом выпутавшись из своих чувств, попыталась выбраться из рук наглого гада, который так упоительно целуется.
– Родерик, нам нельзя. – я сколько могла, отодвинулась от него и повернулась в сторону, откуда звучал противный голос.
Краснорожий демон вольготно раскинулся в мягком кресле напротив кровати, на которой я, собственно, и лежала в обнимку с Родериком Сторвиллом.
На коленях у винторогого сидела моя Тучка, и блаженствовала, пока когтистый палец почесывал ей спинку. Точно спелись, парочка нечисти.
– Лиззи, все в порядке? – Родерик приподнял мое лицо за подбородок и заглянул в глаза. – Ты так резко отстранилась…
А что еще мне оставалось: не буду же я целоваться на глазах у изумленной публики.
– Прости, Родерик, это была ошибка. Больше такое не повторится. – твердо пообещала не знаю кому. То ли ему, то ли себе…
Мужчина кивнул:
– Конечно, ты еще совсем слабенькая после обморока, а поцелуи требуют силы. Ничего, мы с тобой все наверстаем. – уверил меня этот несносный человек. Человек?"
"– Родерик, ты что, дракон? – вспомнив свою недавнюю догадку я решила сразу расставить все точки в нужных местах.
