В темном помещении, где кажется, что каждый камень скрывает дыру в иное время и пространство, вы очки оказались среди чужаков. Ночная кашляющая лошадь и хладнокровный мужской окрик – признаки места, куда не следует входить. Ощущение беспомощности и случайного путешествия нарушает границы реальности до самого глубины души....
Я вырвала руку из его цепкого, совсем не старческого захвата и, как могла спокойно ответила:
– Это ведь ваша работа, господин королевский Инквизитор, узнавать все самые грязные тайны подданых его величества. Вперед, ищите не стесняясь.
– Не сомневайтесь, найду. – «успокоил» меня старик и поднялся:
– Знаете, Елизавета, я ненавижу вашего опекуна, и я сделаю все, чтобы узнать ваш секрет.
– Вы хотите через меня отомстить этому человеку? – я с трудом удержалась, чтобы не начать ерзать на лавке, чувствуя себя под взглядом старика как голая.
Все-таки я не удержалась и передернула плечами. Заметив мой жест, Инквизитор самодовольно улыбнулся:
– Ваш опекун не человек, Елизавета. Я ненавидел его мать, а до этого ненавидел его деда. И уверен, что ваши секреты помогут мне утолить это чувство.
– Вот зря вы так, господин Ракарвисс.
– Что ты, красавица, я не собираюсь его убивать – все-таки, он единственный, кто… – Инквизитор замолк на полуслове, глядя поверх моей головы. Снова перевел взгляд на меня и закончил:
– Счастливо оставаться вам и вашим секретам, дама Дворцова.
Глядя в спину инквизитора, я задумалась – слова про ректора Грраниса прозвучали подозрительно искренне. Пожалуй, они шли того же места, что и слова о ненависти, а значит похожи на настоящие.
– Елизавета! – из раздумий меня выдернул голос Делайи.
Ведьмочка в компании с только что не к вечеру помянутым ректором направлялась ко мне.
– Как хорошо, что ты далеко не ушла.
– Елизавета, – в голосе Стенфила звучала неподдельная печаль, – к сожалению, наш с вами визит к модистке придется перенести – меня только что срочно вызвал к себе его величество. Но я обязуюсь возместить вам урон от загубленного мною платья
– Ничего страшного, господин Грранис. – церемонно произнесла я, мысленно скрежеща зубами.
