В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
Особенно потому, что еще с высоты она заметила, как из соседней долины к дыре в горе торопится шаман, а за ним без всякой привязи топает тот самый пленный рыцаренок. Лоренц.
Вик его тоже заметил и поэтому орал громче прежнего. Еще и прыгал на шее у дракона, дергая того за рога, даже когда они приземлились.
Дракон бухтел что-то добродушное, опустив голову к земле. Вроде как недвусмысленно намекал: слезайте. Но не настаивал и не превращался.
Евгения соскочила бодрой козой, размяла ноги и сразу принялась оглядываться.
– Лоре-е-енц! – оглушительно заорал мальчишка с дракона.
И точно, заросли по левую руку от входа в пещеру раздвинулись, на поляну высунулся шаман, а следом за ним бывший рыцарь. Он на секунду застыл столбом возле кустов, а потом безо всякого страха бросился к огромному зверю. Протянул руки:
– Вик!
И поймал скатившегося с дракона брата.
Как только последний из наездников оказался на земле, Матвей обернулся человеком.
– Непродуманная какая-то опция, – недовольно проворчал Матвей, одергивая на себе женское белье. Он высвободил руки, спустив пояс юбки до подмышек, и теперь его одежка напоминала нелепый, но более-менее удобный сарафан.
– Дозволит ли Величайший мне сказать? – вкрадчиво напомнил о себе шаман, подбираясь поближе.
Одет он был нарядно, на удивление аккуратно причесан. А в руках была новая, с иголочки колотушка. Сестра-близняшка той, которую Евгения подобрала у пещеры после того, как их с Матвеем разбудили, не дав переварить дракона.
– По камням не стучать! – сразу предупредила женщина, вспомнив дикий грохот и звон по всей пещере. – А то я тебе по черепу постучу… надо что-то – кричи. Говори, чего ты там хотел?
– Величайший не обязательно должен ходить без одежды. – Вроде бы бывший лохматый мужик говорил почтительно, даже слегка подобострастно.
– Можно подумать, у вас тут Величайшие на каждом углу, – фыркнула Евгения. – Тебе-то откуда знать?
– Старшие братья всегда делятся счастьем, если на смену Великому приходит Величайший, – степенно и неторопливо пояснил шаман.
