Златошпоры Погонщиков, Зрячих и Следящих тесно управляют могучими драконами в компании "Драконьи Авиалинии". Здесь каждый летчик выходит на связь с своих верных питомцев с земли или маневрирует над небом, создавая пышные воздушные шоу.
Бегала, радовалась жизни и игрушкам, читала книжки, ела принесенные Лирэль лакомства. И только постоянно, утром и перед сном, спрашивала меня, где папа. Папы не было уже неделю.
Навещали мы Кайла лишь раз. И, на мой взгляд, дочери он уделил недостаточно внимания. Но следует признать, что момент мы выбрали неудачный, ему закапали в глаз какое-то лекарство и заставили сидеть, зажмурившись. От этого кто хочешь озвереет. Пообещав вскоре отпустить Златокрылого домой, лекарка вытолкала нас из комнаты спустя полчаса и заставила Кайла улечься спать.
В основном же вести о самочувствии мужа приносил Лэрнст. Или Рита. Последняя стала заметно реже появляться у нас и общалась как-то иначе. Холоднее, что ли. Нельзя сказать, чтобы я от этого страдала.
У нас с Элькой установился своеобразный режим: мы вставали в десять, читали одну сказку, не умываясь (Лирэль смотрела на это не очень одобрительно, но молчала). Потом завтракали и шли играть в куклы или собирать и оснащать многострадальный домик. Потом еще немного читали и шли обедать, а после обеда Элька спала или тихонько занималась своими делами в детской, а я шла в гостиную, брала какую-нибудь книгу и периодически то дремала, то читала.
Именно в это время случилось то, о чем вспоминать не хотелось еще долго.
Сначала экономка Кайла, госпожа Зеленоглазая (глаза у нее, впрочем, были карими) объявила, что ужин она нам приготовила и оставила на подогреве.
И даже услышав стук в дверь, не насторожилась. Отложила книгу, потянулась и пошла открывать, размышляя, что Лирэль могла такого забыть, что вернулась спустя целых полчаса.
Когда в слабом свете единственного фонаря я увидела, кто пришел, тут же попыталась захлопнуть дверь. Но крепкая рука не дала мне этого сделать, и гость буквально заставил отступить на пару шагов.
— Привет, рыжик, — радостно расплылся в улыбке Зейн.
— Добрый вечер, Зейн.
