В восемь утра башни Эльдрейни зазвенели механические часы, и я с гневом приземлилась на улице. Выпрыгнув из сумки, я скрылась в белой дымке и преобразилась в человека. Покурившись вдоль изысканных арф, я окутала себя легким паром. Здесь царила не только шум стальных механизмов, но и живописный звук музыки, наполняя воздух загадочным ощущением....
Потом коридоры расширятся, и мы сумеем вновь стать драконами!
— Погодите, Кэр, — Альтен удержал меня, — я чую опасность. Уверен, там понаставили ловушек!
— А вы думали, для чего вам антифей? — прозвенел голосок Бейхе, и, прежде чем я успела бы его остановить, фамильяр влетел на своих сияющих крылышках в подземный ход.
— Стой! Куда! — закричала я, в белой дымке превращаясь в человека, и рванула за ним.
Перед нами оказался настолько плотный барьер, что в полутьме он выглядел молочно-белым. Подоспевшие Альтен и Сигвара торопливо зажгли огоньки.
Бейхе возился с барьером. Снова и снова пронзал его чем-то вроде крохотного антимагического клинка, но барьер даже не шелохнулся. Стоило приблизиться, как фамильяр вспорхнул мне на руку, словно бабочка, и, покачивая крыльями, потребовал:
— Давай. Ударь по этому проклятому барьеру! Ты должна освободить своих родителей, милашка! Не позволяй никому и ничему встать на пути!"
"Он начал делиться со мной своей силой. А я вспомнила сон, навеянный амарантом; вспомнила, как в детстве ждала папу и маму и представляла трогательную картину нашей встречи; как смотрела на оставшийся мне портрет, перебирая в памяти редкие воспоминания, словно драгоценные камушки…
— Вот тебе! — Изо всех сил я ударила по барьеру двумя сверкающими клинками, которые сами собой возникли в руках.
— Я пойду первым, моя тёмная любовь. И не возражайте, — поднял он руку, когда я собралась что-то сказать.
— Верно, — насупилась я. — Но сейчас я в стороне от боя не останусь! Учтите это, моё светлое счастье.
— Мы будем сражаться бок о бок, Кэр, — обезоруживающе улыбнулся Альтен, однако улыбка тотчас пропала с его лица. Он опять насторожился.
Сигвара подалась вперёд и резко махнула рукой. Вдали, в коридоре, что-то грохнулось об пол.
— С потолка спускалась гигантская светящаяся сколопендра, — объяснила подруга, — сделала её камнем.
Посмеиваясь и освещая себе дорогу огоньками, мы двинулись дальше.
Сигвара не ошиблась — мерзкие сколопендры то и дело преграждали нам дорогу. Они выползали из тёмных углов, атаковали исподтишка, пытались укусить, и, очевидно, были созданы магией. А значит, их укусы оказались бы опасными вдвойне.
