В этой глухой деревне у озера жила простая женщина, но дракон ее жизнь перехитрил. Открытый небесами склон саранчами ломился под солнечным светом, а она готовилась к последней поросле клубники — и в этот момент она отчетливо почувствовала на себе взгляд дракона. Круглое зеркало природы утонуло во взгляде чудовища. Воздух вокруг сгустился, словно стеклянная кружка надежды....
Я хотела сходить — не то, чтоб что-то купить, но хоть посмотреть на цены, понять, сколько стоят сапоги, а сколько — плащ, но меня не отпустили. Тётка Марка так и заявила:
— Прибавки просить здорова, а работать кто будет? Сама знаешь, в выходной у нас полон зал!
— Да я днём быстро сбегаю… — попробовала заныть я.
И получила в ответ резкое и окончательное:
— Нет.
Может быть, поэтому, когда Варек предложил мне заработанное не забирать, а оставить в деле, чтоб на каждую монетку за год ещё одна набежала, я отказалась.
Иногда по вечерам, пока горела масляная лампа, я вертела в руках тот исписанный лист. Первое слово я разобрала — «дорогая». А вот второе было именем — то ли Алима, то ли Алиша. Дальше буквы были мелкими и наклонными, я путалась, но пыталась понять.
Погода переменилась, и впрямь началась осень. Жара ушла, сменившись хмарью и моросящим дождём. Если раньше я сомневалась, уйти или остаться, то теперь просто радовалась, что у меня есть тёплый угол и мягкий тюфяк.
Может, тут хороших да безотказных работниц не так уж много, хоть село на вид и велико?
Смуту в установившийся безмятежный душевный лад внесла неожиданная встреча прямо во дворе трактира.
