Автор
В Драконьей тени академия Яшмовой горы готовится к осенним экзаменах. Тренировки и драконы со всего Пиррии собрались здесь вместе, но даже сильнейшие из вас еще не знают всей правды о драконах. Каждое племя имеет свои тайны, а сама природа магии в мире драконов остается скрытой....
– У меня была бы магия, – зашипел Вихрь, – и всего этого не случилось бы, не будь ты таким идиотом и отдай мне тот свиток!
Он ухватил ледяного за голову и попытался сунуть серьгу ему в ухо, но Холод извернулся, и из пасти его вырвался бело-голубой морозный шар, задев плечо песчаного.
От леденящей боли Вихрь на миг оцепенел. Казалось, лапу отрубили одним ударом, он больше её не чувствовал.
Тёрн тут же оказалась рядом. Прижав к песку голову ледяного, она подхватила серьгу и ловко продела ему в ухо. Повисла напряжённая тишина, затем Холод внезапно обмяк в лапах песчаных стражников и совершенно перестал сопротивляться.
– Целителей сюда, живо! – крикнула Тёрн. Голос её доносился до Вихря словно издалека. Казалось, всё вокруг стремительно отдалялось, уступая место клубящейся тьме. – Прости меня, Вихрь! – всхлипнула она, беря его за лапу и осматривая вымороженную чешую. – Я никак не ожидала, что он так… Он же твой друг!
– Да… друг, – выдавил песчаный дракончик. В мутной пелене перед глазами он встретил удивлённый взгляд Холода.
– Мы тебя вылечим, Вихрь! – воскликнула Тёрн. – Вот уже воду несут… И горячие угли! Держись, ты же Вольный коготь! Вихрь! Твоя королева тебе приказывает!"
"– Серьги! – шепнул он… или выкрикнул? Сам уже не слышал. – Каждому ледяному… надо… – И всё вокруг почернело.
Глава 13
Он горел в огне. Раскалённые пески окружали со всех сторон, солнце палило сверху, а вокруг трещало пламя, пожирая сухие ветки.
«Очнись, очнись! Драконы умирают, умирают. Очнись! Ты должен их спасти!»
Отчаянно барахтаясь, он выдрал себя из кошмара и с усилием разомкнул запёкшиеся веки. Ледяной сидел у постели, угрюмо опустив глаза в пол.
Вихрь с облегчением заметил у него в ухе янтарную серьгу. Холод был прав: к бело-голубой чешуе янтарь и золото совсем не идут.
Стены из обожжённого на солнце кирпича, свет падает из широких окон и люка в потолке.
– Всё в порядке, я готов, – хрипло заговорил он.
Холод вскинулся, растерянно глядя на него.
– Ты готов… К чему?
– К твоим глубоким и искренним извинениям. Для начала и трагический вид сгодится, но лучше словами.
– К извинениям? – вскипел ледяной.
