Арианна взмокла от напряжения, когда её самолет приближался к встречному летчику. Теперь они зависли как два ледяных снежинки в воздухе. Внезапно рев двигателя другого летательного аппарата стал громче, предвещая столкновение. Машунальный вздох — и её самолет проплыл мимо противника на пару десятков сантиметров. Теплая вспотевшая улыбка: все обошлось....
Несколько мгновений любуюсь им, вдохновляюсь его собранностью, силой воли и духа, и моё негодование немного притупляется. Потом адмирал ловит мой взгляд, подходит и обнимает со словами:
— Всё устроится, вот увидишь.
Хмыкаю.
— Когда, Рик? У тебя есть предположение, когда Николас угомонится и оставит меня в покое? Если ты в курсе, то назови мне эту чёртову дату, и я буду ждать её, как древние люди ждали счастливых изменений в своей жизни.
Он тихо смеётся и произносит:
— Ари, твой крёстный просто переживает за тебя, он хочет для тебя только лучшей доли.
Мысленно ругаюсь и шиплю рассерженно:
— Это вечное противостояние отцов и детей… Избито и истёрто до дыр. Рик, он до сих пор воспринимает меня зависимой и полностью подчинённой его воле! Хотя скажу тебе честно, таким тираном он раньше не был. Он мгновенно изменился, когда я подала заявку для вступления в космический экипаж.
Делаю глубокий вдох, потом выдох и на выдохе произношу устало:
— Я хочу снова видеть того крёстного, каким его всегда знала.
Дракон ласково гладит меня по спине, успокаивает и говорит:
— Твой крёстный из старшего поколения, Ари. У него свои принципы и понимания, как должно быть правильно. Что есть белое, а что чёрное. А у тебя, прекрасной девушки нового поколения – свои идеи и ценности. Но ты права, отцы и дети – две стороны вечного противостояния. Мой отец тоже был не в восторге, когда я решил связать свою жизнь не с делами клана, а поступил в военную академию.
У меня от его последних слов по спине пополз неприятный холодок.
