Заметив девушку, Орион навострил уши и наклонил голову, явно совершая какие-то крайне сложные мыслительные процессы. А потом провернул свой коронный трюк: поднял полные тяжелой судьбы глаза — обнять и плакать, сложил домиком брови и тяжело вздохнул.
— На, на, держи, — рассмеялась Энджел, раскусив его намерения и протянув на ладони какую-то вкусняшку. — Я готова, — сказала она, переступая с пятки на носок. — И даже не сбежала.
Сегодня на ней были высокие жокейские сапоги, бриджи и короткая расстегнутая куртка.
Астер встал:
— Прости, но все отменяется.
Девушка ошарашенно застыла:
— Почему?
— Планы изменились.
В амбар вошли несколько мужчин. Их вел местный конюх Сойер. Астер не знал этих людей. Орион по запаху, походке, лицам тоже понял, что это чужаки, и тут же принялся нервно переступать с ноги на ногу.
— Идем, — позвал Астер девушку, молча покинул денник и широким шагом направился в противоположную сторону.
Энджел почти бежала за ним. По лицу поняла: что-то случилось, но не стала спрашивать.
Теперь уже издалека были слышны громкий смех и чужая речь. А потом лошадиный зов, резкий и пронзительный. Плач непонимания: почему Астер оставил его?"
"Астер не обернулся. Он шел все дальше, чтобы не видеть и не слышать того, что будет происходить. Орион признавал только его голос, его запах, его жесты и даже силу, с которой Астер обычно держал в руках уздечку. А теперь… Значит, придется ему привыкнуть.
Голоса снова смеялись и шутили. Коня попытались вывести, но он, вскидывая голову, принялся лягаться, вставая на дыбы.
— Своенравный, очень своенравный, — донесся до Астера голос Сойера.
Орион в этот момент издал пугающий затравленный звук, словно умоляя Астера вернуться. И он хотел. Буквально видел, как врывается туда, вломив каждому, кто посмел прикоснуться к его коню. Но взрослые так не поступают — нельзя просто прийти и забрать то, что тебе не принадлежит.
«Это просто бизнес, — сказал ему Линч. — Ничего личного».
Отойдя на достаточное расстояние, чтобы Орион его не увидел, Астер наконец остановился. Усевшись на тюк сена, он уперся локтями в колени и прикрыл глаза. Энджел молчала.
Орион снова жалобно заржал. Так громко, что они оба одновременно вздрогнули. Сойер нацепил на его спину седло, и теперь новый хозяин, забравшись верхом, принялся дергать за повод. Видно было плохо, обзор частично закрывали другие лошади. Слышались крики конюха, пытающегося справиться с Орионом, недовольная речь, ругань на чужом языке. Вот только конь противился, тряс головой и попеременно то подскакивал, пытаясь скинуть всадника, то вставал на дыбы. А потом воздух рассек свист плетки.
Отвернувшись и стиснув зубы, Астер со всей силы сжал кулаки, впиваясь пальцами в сено. Энджел осторожно положила свою руку поверх его.