В кабинете СМИ я выглядела подчеркнуто спокойной — все знали, что это видимо, самое важное интервью в своей карьере. Но внутри меня каждый раз теснила неуверенность. Атмосфера здесь была наполнена тревогой и ожиданием: люди ждали неожиданных ответов, которые могли перевернуть всю мою жизнь....
Понятно же, что здесь ты свою жизнь устроишь куда лучше.
Я пожимала плечами.
– Мне и дома нравится.
– Глупая ты потому что.
Я вздыхала.
– Зоя, ну что я буду тут делать? В столице я своё дело не открою никогда, здесь конкуренция огромная, здесь деньги нужно вкладывать совсем другие.
– Продай квартиру!
– А жить я где буду? – смеялась я. Этот разговор, что происходил раз за разом, ни к чему не вел, я прекрасно это знала.
– Это, наверное, потому, – наставительно и со слышимым сарказмом продолжала Зоя Аркадьевна, – что ты не своим делом занимаешься.
Я вздыхала.
– Искусствовед.
– Вот! – Бабушка возводила страдальческий взгляд к потолку. – У тебя такая замечательная женская профессия! Истинно женская. Очень подходящая для жены обеспеченного человека.
– Ты поэтому так хотела, чтобы я пошла на этот факультет?
– Конечно. Это был задел на твоё будущее. Иностранные языки, искусство.
– Ух ты! – не удержалась я от восторженного выдоха.
А бабушка рассердилась на мою насмешливость.
– Вот тебе и «ух ты»! Только у кого-то «ух ты», а ты сидишь в провинции!
Я вздохнула.
– Не умею я быть расчетливой.
– А вот если не умеешь, то надо слушать других.
Я моргнула. Раз, другой.
– Наверное, хочу, – проговорила я, стараясь быть искренней. И даже подивилась: – Кто не хочет? Просто я не хочу по расчету, не хочу, потому что того требуют приличия.
Бабушка неожиданно сдалась, взглянула на меня милостиво, даже по руке потрепала.
– Ты всё ещё ждешь любви.
– А что, это плохо?
– Это наивно, дорогая.
– А ты что же, дедушку не любила? – поинтересовалась я невинным голоском.
Зоя чуть нахмурила идеальные брови.
– Почему же? Любила… Когда-то. Но это было так давно, что я не совсем четко помню те времена. – Она вдруг лукаво улыбнулась. – И уже не совсем уверена, что это был твой дед.
Я рассмеялась.
– Бабушка!
– Шучу, шучу, – отмахнулась она. – Конечно, я его любила. Но любовь, дорогая моя, не живет столько лет, сколько мы с ним в браке прожили.
