Сентябрь. Встречают начало осени — но это обычное время года для меня. Идешь по улицам, охлажденный дождем, чувствуя легкую задумчивость. Жизнь шла своим чередом, пока не наступила эта пора: в один прекрасный день — или скорее ужасный — моя жизнь начала переворачиваться с ног на голову и больше никогда не возвращалась к прежней轨道....
— Или ты спятил после смерти?
— Никто меня не подговаривал, но…
Я не дал ему договорить.
— Без 'но', - резко оборвал я. В конце концов, сколько же можно тянуть кота за хвост. — Ты как хочешь, а я еду с остальными.
Мы так можем спорить до вечера, да чего уж там, ночь напролет, они же призраки, они не чувствуют усталости. А маленький мальчик там один, и его родители все извелись. Бедный Бендин, не хотел бы я оказаться на его месте и уж точно никому бы такого не пожелал. В одночасье он потерял любимую жену, а его сына похитили.
Ига помедлил, но полетел за мной.
— Что произошло? — обеспокоенно спросил Дима, когда я открыл дверцу машины.
— У некоторых повышенная чувствительность, — буркнул я. — Поехали. Ига покажет дорогу.
Я сел на заднее сидении вместе с Оксаной. Дима уже сидел с Бендиным впереди.
— Все хорошо? — тревожно спросила Оксана.
— Все не так уж плохо, — ответил я и уставился в окно.
Ехали мы в молчании. Только изредка Ига указывал направление, и я переводил его слова.
Как бы я ни спорил с Жанной и Игой, но где-то внутри зародилось нехорошее предчувствие. И я постоянно мысленно спрашивал себя, что явилось причиной появления этого ощущения: собственная интуиция или же их перестраховки.
Допустим, они все же правы, и мне угрожает опасность. Но какая? Их там только двое. А зная о трусости Моха, можно сказать, что нас ждет только один Сазан.
Но, с другой стороны, Жанна ведь тоже прекрасно осведомлена о расстановке сил, но все же она беспокоится. Хамит, командует, угрожает, но все главное в ее поведении — беспокойство. Страх за меня.
Я поежился.
Оксана, сидящая рядом, почувствовала перемену в моем настроении.
— Что с тобой? — почти шепотом спросила она.
Я нервно дернул плечом — некое подобие пожатия плечами.
— Мандраж, — так же тихо признался я.
— Брось, — она тихонько толкнула меня. — Ты же только что был совершенно спокоен. Немного мрачен, но спокоен. Ты тут единственный, кто держит ситуацию под контролем.
Я снова поежился. 'Под контролем' — ну надо же.
— И на старуху бывает проруха, — буркнул я и снова отвернулся к окну.
Мимо пролетал город. Час пик уже прошел, дорогие были пустые, Бендин ехал быстро, возможно даже быстрее, чем следовало.
