По Рязанской улице, где автобусные остановки кажутся центрами местного веселья, в сумерках собиралась компания ночных прохожих. Однако небо над городом казалось грустным и таинственным, ни малейших признаков радости или счастья в его глубинах. Люди верили прогнозам телеканалов, забывая о том, что прогнозы всегда предшествуют несчастьям....
Бойцы умели использовать каждую свободную минуту для отдыха. Лаврову сильно хотелось курить, но он избегал делать это при всех. Закурить ночью в подобных местах равносильно смерти. Наверняка, если аэродром в руках противника, тот позаботился разместить на скалах парочку снайперов. Лавров вместо сигареты сунул в зубы сорванную сухую травинку. Выражение лица вернувшегося разведчика было не столько встревоженным, сколько удивленным.
– Самолет на летном поле. Вокруг никого. При беглом осмотре местности противник не обнаружен.
– Как не обнаружен? – на миг оторопел Лавров. – Это точно? – И тут же он понял абсурдность своего вопроса. Еще бы, профессионалу и не заметить на огромной открытой площади несколько единиц бронетехники, о которых было известно по расшифровке вчерашних снимков из космоса.
– При более детальном осмотре можно сказать точнее, но я чувствую, что аэродром покинут, – продолжал докладывать боец.
– Чувства и интуиция, конечно, хороши, но пока ты у меня в подчинении, информацию будешь воспринимать глазами и ушами, – резко отрубил командир.
– В самом самолете освещение отсутствует, но мне показалось… было движение в кабине пилотов.
– Там кто-нибудь остался?
– Да. Двое наблюдателей.
– Ну что ж, пойдем вместе посмотрим.
Он махнул рукой фээсбэшнику, подзывая его, и кратко обрисовал сложившееся положение.
– И что ты думаешь об этом? – недоуменно качнув головой, спросил тот.
– Самому надо глянуть. Пошли.
На пути к аэродрому Лавров просчитывал лучшие позиции для наблюдения и не без основания считал, что, возможно, они уже заняты противником.
Надеясь, что они посторонними не замечены, Андрей вывел группу на скалу, от которой оставалось до самолета около четырехсот-пятисот метров. Аэродром словно вымер, и, если бы не самолет, стоявший прямо посреди летного поля, можно было бы подумать, что здание и скелет диспетчерской – мираж, глупый и нелепый, из-за которого они оказались в безлюдном месте.
"– Что-то здесь не так, – прошептал чекист, – два часа назад, перед закатом, они уже могли оказаться здесь.
– Они и сейчас здесь, – уверенно сказал Лавров.
– В самолете?
– Да. Хотя, возможно, и ушли, но растяжку там точно оставили. Они нас ждали.
– Точно.
