Я не в списках!
Стоило перейти барьер отношение резко изменилось, подскочил слуга в бежевом камзоле с белыми перчатками и перехватил коня. Второй следом подал свиток с программой на бал, который продлиться целых пять дней! Затем он спросил моё имя, пробежался глазами по своей развёрнутой портянке. И развёл руками:
— Прошу прощения, ваше благородие. Но за вами нет комнаты в гостевом крыле. Я выясню у старшего. Возможно, вышло недоразумение, но вы не переживайте, на такой случай у нас есть запасные.
Какой вежливый попался.
— Да я найду, где переночевать, — отмахнулся от него.
— Как вам будет угодно, — откланялся слуга, теряя ко мне интерес.
В целом, я и не думал, что будет такая забота о гостях, с учётом такой фильтрации. Стало даже забавно от ощущений некой отчуждённости. Если посмотреть в сторону трёхметрового забора, всё выглядит, как нашествие зомби, потому что народ через прутья лес рук тянет, напрягая стоящую по нашу сторону стражу. По периметру бойцы расставлены каждые пять–семь метров к нам спиной, бдят бедные, пока мы тут празднуем.
Внутри же всё размеренно, даже непрерывный людской гам уходит в некий фон, превращаясь в шум волн или порыв ветра. В парке, через который предстоит пройти, спокойно и просторно, а людей совсем чуть–чуть, от ярких фонарей на столбиках и стволах деревьев очень светло. Господа стоят небольшими кучками на дорожках и отдельных пустырях, курят, пьют, читают свитки, смеются. Вокруг них вьются слуги. Похоже, некоторые гости решили накидаться ещё до начала мероприятия.
Вскоре со стороны дворца можно расслышать лёгкую мелодию дудочки и бренчание в такт балалайки. Сам дворец от огней сияет, как айсберг под лучами солнца. До него ещё метров триста пройти, но в целом не особо и хочется спешить. Развернув свиток с программой мероприятий, я увидел, что поздравление Василисы запланировано вообще на завтрашний полдень. А сегодня открытие в десять вечера, речь императора, речь орловского князя, речь, речь. Скучно!
Гуляю по парку, как не пришей к кобыле хвост. Издалека рассматриваю гостей в надежде приметить Златославу и завести с ней светскую беседу, плавно перетекающую во флирт. Чтоб потом невзначай пожаловаться на Воронцова.
Но лица все какие–то незнакомые. Наряду с красивыми и богатыми костюмами зачастую совершенно отталкивающие. Хотя вижу, как заинтересованно рассматривают меня дамочки и даже мужчины.
По дорожке приходится порой проходить мимо стоящих кучками, киваю всем, как идиот. Кивают в ответ. Старые дамы не реагируют, а вот молодухи через одну реверансы исполняют. Чую, как разочаровываются, когда, не сбавляя шага, ухожу дальше.