Автор
Четырнадцатый год прошел мимо без заметных изменений. Но вот что-то изменилось — это стало для меня наркотиком, нечто вроде привычки или даже увлечения, но больше напоминающее зависимость. Теперь каждое дело вызывает сиюминутное желание заставить этих самоуверенных мерзавцев испытать то же чувство независимости и силы, что и я — только в переносном смысле, ведь не стоит забывать о законности....
Что они там могли делать?
– Может, в разведке были по спецзаданию. Вынюхивали, как и что…
– Я тебе серьезно, а ты…
Подруга обиделась. И почему так: если человек говорит правду, ему не верят, даже всерьез его слова не принимают?
– А этот ваш… массовик-затейник… Он не пострадал?
– Ты о ком?
– Ну, организатор ваш, лидер, я не знаю, как вы его называете?
– Володя? Да, он тоже в больнице. У него тоже все серьезно: черепно-мозговая и что-то еще…
– Ну, и чего вы добились своим культурным мероприятием? Несколько человек травмировано, ты сама теперь с шишкой неделю проваляешься в постели… И стоило туда переться ради этого?
– Лично я сделала это из идеологических соображений.
– Да, да, слышали! «Иначе она расползется по всему нашему дому, а наш дом…» Ну и далее по тексту. Ладно, тебе, во всяком случае, будет чем похвастать. А мне, извини, пора…
– Как, уже?
– А ты все еще считаешь, что за тобой нужен уход? Сама до туалета не доползешь?
– Я думала, сегодняшний день мы проведем вместе…
– Извини, не могу.
– Полин, ты что, увлеклась антиквариатом? Слушай, присмотри там что-нибудь для меня! Какое-нибудь украшение, желательно конца девятнадцатого века. Говорят, сейчас это модно…
Нет, все-таки Нечаева – непрошибаемая оптимистка. Только что с умирающим видом лежала в постели, собиралась в туалет ползком ползти, а теперь ей подавай антикварные украшения девятнадцатого века! И про свой «раскроенный железной трубой череп» забыла.
– А как же! Обязательно присмотрю!
Кажется, она не заметила моего сарказма, а мое обещание окончательно вернуло Нечаеву к жизни. Она проводила меня до двери, еще раз напомнила о моем обещании присмотреть для нее у антиквара что-нибудь «эдакое», и я, спокойная за здоровье моей подруги, покинула ее дом."
"Теперь мне предстояло отправиться к Светозару и сидеть возле его дома с «прослушкой» до посинения, пока не заявится мадам Епифанцева.
* * *Просидев весь день под окнами Светозара, я так ничего и не отсняла. Елизавета Андреевна в этот день к нему не явилась. Студент больше полдня провел дома, слушая музыку, а ближе к вечеру, когда жара спа́ла, отправился со своим другом Мишаней пить пиво в ближайшую забегаловку.
