греческих святых, а также украшение стен различными медальонами с изображением персонажей русской и мировой истории.
Значительно лучше сохранились фрески в Новгороде и его окрестностях. По мнению многих знатоков древнерусского искусства (В. Лазарев, А. Муравьев), новгородским фрескам были свойственны свободная манера письма, очень удачное сочетание сочности красок с остротой линейных характеристик и контрастный колорит. При этом по сравнению с предшествующим периодом в живописных полотнах второй половины XII ― первой трети XIII вв. было гораздо меньше торжественности, но значительно больше движения и даже экспрессии. Наиболее ярко эта манера письма была представлена во фресках Рождественского собора Антониева монастыря (1125), церкви святого Георгия в Старой Ладоге (1165), церкви Благовещения в Аркажах (1189), церкви Ризположения у Пречистенских ворот новгородского детинца (1196), Преображенской церкви в Старой Руссе (1198) и особенно в знаменитой церкви Спаса на Нередице (1198―1199). Несколько хуже фресковая живопись сохранилась в соборах Владимиро-Суздальской земли, в частности в Успенском и Дмитровском соборах во Владимире и Спасском соборе Переяславля-Залесского."
"Сохранившиеся памятники древнерусской станковой живописи, к сожалению, так и не дают возможности выявить определенную иконописную школу, что было характерно для последующих веков русской истории. Поэтому можно очень условно и только предположительно соотнести иконы того периода с определенными регионами Древней Руси. Среди этих произведений станковой живописи особо выделяются две иконы с изображением Святого Георгия, которые были созданы в первой половине ― середине XII в. и, вероятнее всего, связаны с Георгиевским собором новгородского Юрьева монастыря. При этом в обоих случаях Святой Георгий был изображен в образе воина, т.е. в боевых доспехах и с оружием в руках. К новгородским иконам, вероятнее всего, относится и знаменитое изображение архангела Михаила, которое больше известно под названием «Ангел Златые власы», созданное во второй половине — конце XII в.
Тема «деисуса», т.е. моления и прошения, нашла свое отражение сразу в двух владимиро-суздальских иконах, написанных в конце XII — начале XIII вв.: «Архангельский деисус» представлял собой образ Иисуса Христа, помещенного между двумя архангелами Михаилом и Гавриилом, которые покорно склонили свои головы к нему, и «Оплечный деисус», который представлял собой изображение трех главных персонажей библейской истории — самого Иисуса Христа, Богоматери и Иоанна Предтечи.