Автор
В древнем замке на грани бездны танцуют без устали, а громкие крики и шутки разносятся по огромным залам. Полумрак лишь усиливает атмосферу невероятной свободы и неформальности, царящей в Академии, где каждый может быть тем, кем захочет.
Первая же лекция прервалась уже знакомым образом: раздался стук в дверь, на пороге появилась староста и сообщила недовольному преподавателю, что меня вызывает ректор. Срочно. Вот прямо сейчас. Я только начала переписывать конспекты, поэтому пока мало что понимала. Вот и шагала с энтузиазмом за незнакомой светловолосой девушкой. Что там у Эдитты? Я опять что-нибудь натворила, но пока не в курсе? Когда же в одном из коридоров нам попалась Виттория с большим синяком под глазом и одарила меня ненавидящим взглядом, настроение и вовсе упорхнуло в заоблачные выси.
— Можно? — я осторожно сунулась в кабинет главы Академии имени Шаяны Шагрисской.
Коленки дрогнули. В кресле напротив Эдитты сидел Пресинваль.
— Входи.
— Ты что вытворяешь? — рявкнул опекун, как только дверь закрылась за моей спиной.
Сесть мне не предложили, а стоять в центре кабинета под обстрелом осуждающих взглядов было, мягко говоря, унизительно.
— Я тоже рада тебя видеть, — пропела ласково и изобразила вежливый оскал.
— Мили, это тебе не шуточки! — Маркус был очень зол, вон, аж перекосило всего.
— Леди Зануда первая на меня набросилась, — я дотронулась до оцарапанной щеки. Вчера за учебой забыла намазать.
Вряд ли он мне поверит. У него же всегда Мили во всем виновата!
— Речь не о драке, хотя и в этом случае твое поведение за гранью, — уже спокойнее произнес опекун и попытался пригладить непривычно растрепанные волосы.
— А о чем?
Впечатления от стычки с Витой еще бурлили внутри, так что я просто не могла думать о другом.
— Мили, ну какая из тебя некромантка? — простонал Пресинваль и с мольбой во взгляде уставился на меня.
Я смущенно потупилась.
— Вот и посмотрим какая.
— Кончай придуриваться! — похоже, когда дело касалось меня, он просто не мог говорить спокойно. — Речь о твоем будущем!
— А может, у меня призвание?"
"В таком духе мы могли пререкаться до бесконечности. Опекун откровенно орал и требовал начать уже думать головой и вести себя, как приличная девушка. Я из чистой вредности спорила и угрожала сделать его жизнь очень веселой.
Эдитта слушала нашу перепалку, подперев щеку рукой.
— Уйди с глаз моих! — не выдержал в конце концов Пресинваль и указал мне на дверь.
А я с удовольствием.
Оставшийся день прошел спокойно.
