Автор
В темном клубе полыхает электрический свет и парят запахи алкоголя и жженого шоколада. Томас проникается нежданным влечением к соблазнительным девушкам, танцующим на ярко освещенном танцполе. Каждый выдающийся припев музыки заставляет его дрожать от удовольствия и желания....
— Если бы она не была такой неуклюжей, то не спотыкалась бы о лестницу все время. Не вини меня, малышка, тебя даже не было рядом. Ты была слишком занята тем, что трахалась с другими в этом своем дурацком колледже, где не узнала нихрена нового.
— Пожалуйста… не ссорьтесь… — произносит мама.
Слезы застилают мне глаза.
— Ты ничего не знаешь обо мне. Или о моей маме. Мне плевать, что ты скажешь. Я знаю, что ты ударил ее. Таких ушибов на лице не бывает из-за «падения с лестницы». — Я показываю кавычки в воздухе.
— Хейли… — начинает мама.
— Нет, мам, с меня хватит притворства. Хватит лжи. Тебе тоже должно быть достаточно. Посмотри, что он с тобой сделал.
Я снова возвращаю внимание на него.
— Ты — единственная причина, по которой весь наш мир превратился в дерьмо. Ты все разрушил. Меня. Маму. Ублюдок!
— С меня хватит!
Он заносит кулак и угрожающе шагает вперед.
В этот момент в комнату входит медсестра, и он быстро опускает руку, делая вид, что потягивается и зевает. Затем снова выходит из комнаты, бросая на медсестру взгляд с немой угрозой.
— Тот еще экземпляр, — говорит она. — Извините.
— Я знаю, — отвечаю я.
— Хейли… — кашляет мама.
— Я ненавижу его, — хватаю ее руку и смотрю в глаза. — Мама. Пожалуйста.
— Мне жаль, Хейли, — произносит она, ее глаза наполняются слезами.
Я сжимаю губы, пытаясь сдержать свои.
— Я знаю.
— Нет, не знаешь. Мне очень жаль, что я снова поставила тебя в такое положение.
— Я в порядке, мама, правда. Подумай о себе.
Она тянется к моей щеке и проводит по ней большим пальцем.
— Такая красивая, умная девочка. Тебе достались гены отца, не мои.
Я улыбаюсь.
— И твоя заботливая и прощающая натура, — отвечаю."
"— Хейли...— Она делает паузу. — Я соврала.
Закрываю глаза и снова сжимаю ее руку.
— Знаю, мама. Все нормально.
Мне явно известно, о чем она лгала.
Не только об этих синяках, но и всех давешних ушибах и переломах.
Обо всем.
Все было ложью.
Она начинает плакать.
— Прости... Когда он толкнул меня, то оставил там. Просто бросил меня умирать. Мне удалось подползти к телефону и вызвать скорую.
— Тебе повезло, что он ушел. Мог сделать и хуже, — говорю я.
Мама шмыгает носом.
— Но теперь, когда его нет… не думаю, что он вернется.
— Хорошо, — говорю я. Она кладет голову мне на плечо, и я целую ее в макушку. — Обещай мне, что скажешь ему, что между вами все кончено. Порви с ним. Как только выйдешь из больницы.
