Автор
В комнате царит напряжение, словно молчаливый гость, когда Марат останавливается и прижимает руки к плечам своей матери Мира. Её непроизвольная дрожь отражает не просто физическое воздействие — она чувствует его телом, но воспринимает по-особенному, что вводит её в состояние полного замешательства и удивления....
У меня сегодня была плотная запись до самого вечера, и никакое состояние нестояния не могло служить оправдательным приговором, если вдруг решу все отменить.
Боже, как я иногда завидовала людям, работающим на дядю, в обычном стабильном графике, с выходными, праздниками, отпусками, как у всех! И больничными! Больничными!
Это же сколько счастья: просто позвонить на работу, сказать, что ты заболела, и тупо проваляться дома весь день! И даже не один день, если вызвать врача и найти у себя температуру, например… Нет, часто так поступать, наверняка, нельзя, хотя есть умельцы.
"Правда, приступы зависти заканчивались быстро. Стоило вспомнить расчетку на своем прежнем месте работы. Я трудилась медсестрой, сразу после училища, целых два года. И да, там была белая зарплата, все стабильно… Стабильно хреново.
Ох, какое времечко было…
Димке тогда только-только полтора годика исполнилось, я его в сад с трудом запихала, вышла на подработку в поликлиннику.
Димка все время болел, цеплял все болячки, какие только можно собрать в саду, я постоянно была с ним на больничном, естественно, получала копейки, которых даже на коммуналку не хватало. А еще же надо было на что-то жить… Мой муж, Валерка, таксовал на отцовской тачке, но его денег нам хватало лишь на еду. И то не всегда.
Бывало так, что мы с ним вечером делили одну сосиску на двоих.
В той жути мне очень помогала Вера, регулярно притаскивавшая сумки с продуктами. Денег, правда, категорически не занимала, но это лишь потому, что знала: Валерка все вытаскает на пиво и игры. И продукты приносила самые простые, полезные для ребенка в первую очередь. А мне она со всей своей привычной прямотой заявляла, что кормить будет крестника, а взрослого дармоеда путь его мамочка кормит.
Валерка Веру терпеть не мог, но и выгнать не решался, все же квартира, в которой мы жили, принадлежала мне.
Да и дружили мы с Верой с первого класса, она всегда была такой, прямолинейной, грубоватой, бьющей словом сразу наотмашь.
И очень верной подругой.
Когда Валерка свалил, не выдержав испытания бытом, безденежьем, постоянно болеющим сыном и прочими прелестями семейной жизни, она ни разу не сказала: “Я тебя предупреждала”.
