Вам попался мост между жизнью и смертью, как будто специально устроили, чтобы вы оказались именно там. Чуть-чуть правее – и вот бы на тебе была ваша жизнь. Но здесь – все нормально. Иногда – довольно часто – такие микроскопические осколки или пули мы просто проходим мимо, не задевая. Потом начинает немного приживаться, как будто осваивал новое место....
А вот второй, сволочь, проломил ребра и глубоко ушел в левое легкое. Это уже было гораздо посерьезнее. Да вдобавок начались осложнения с долгими гнойными истечениями, и какое-то время, мне потом по секрету признались, доктора считали, что я не жилец.
Ничего, выкарабкался. В конце концов эвакопоезд меня привез в Свердловск, и начались мытарства. Госпиталь располагался в гостинице «Большой Урал», а это здоровенное здание насквозь продувалось сквозняками, холод стоял невероятный… Ну, к весне стало получше, а там и война кончилась, и настал июнь.
Я тогда уже числился вполне ходячим, на койку приходил только спать. И числился в команде выздоравливающих – а это та еще шарашка. Питание такое, что ноги не протянешь, но жизни не возрадуешься, да вдобавок строевая подготовка, изучение уставов…"
"Мне, боевому командиру, пусть и не кадровому, вся эта премудрость была как зайцу подсвечник, но с начальством не поспоришь. Все там были такие, как я, – но куда денешься… Тем более что врачи заверили: «годен без ограничений» они мне поставят через месяц, не раньше.
Одним словом, заскучал я крепко. И тут меня судьба пересекла с одним майором, оказалось, земляком, оба казанские. Чуть поговорили про родной город, потом он, поинтересовавшись моим состоянием и жизненной ситуацией, сделал интересное предложение. Он, оказывается, был военкомом в райцентре, где-то километрах в ста от Свердловска, в довольно-таки дикой глухомани. И страдал от жуткого кадрового некомплекта: он сам без кисти левой руки да полтора инвалида.
– Слушай, старший лейтенант, я сам кантовался и по таким командам, как твоя, и по ОПРОСу[10], сам знаю, как тут живется. А там как-никак не город. Воздух свежий, в деревне даже в нынешние времена подкормиться можно. И самогоночки достать можно довольно просто, и женское население исстрадалось из-за отсутствия мужского… А работа – не бей лежачего.
Честно сказать, я практически и не ломался. Все лучше, чем сейчас. Одно беспокоило: как бы он, хитрован, меня по истечении месяца там не задержал. Коли уж отношения с главврачом у него хорошие, могут договориться, чтобы мне сунули «ограниченно годного» и оставили в том военкомате неизвестно на сколько.
