Автор
История о том, как любимая внучка и дочь теряет близких в страшной аварии. Вера остаётся одна в большом доме, и её жизнь кардинально меняется. Но может ли встреча с Принцем превратить её в Золушку, которая обретёт новый смысл жизни и вернёт утраченное счастье?
Раздел Chitat.online для книги «Другая Вера» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о том, как любимая внучка и дочь теряет близких в страшной аварии. Вера остаётся одна в большом доме, и её жизнь кардинально меняется. Но может ли встреча с Принцем превратить её в Золушку, которая обретёт новый смысл жизни и вернёт утраченное счастье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о том, как любимая внучка и дочь теряет близких в страшной аварии. Вера остаётся одна в большом доме, и её жизнь кардинально меняется. Но может ли встреча с Принцем превратить её в Золушку, которая обретёт новый смысл жизни и вернёт утраченное счастье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Бабушка гладила ее по голове и приговаривала:
– Вот видишь, Верочка! Бог не Тимошка, ничего случайно не бывает, девочка! Значит, так и надо, так правильно. Теперь тебя возле него ничего не держит, да, Верочка? Выйдешь из больницы и подашь на развод! А там, – бабушка беспечно махнула рукой, – успокоишься, и начнется новая жизнь! Ну кто проживает ее без ошибок, верно, Веруня? Ничего, детка, все войдет в норму, выйдешь замуж за приличного человека, родишь ребеночка! Да не одного – двух или трех! Но, – бабушка нахмурилась, – когда время придет!
Отвернувшись к стене, Вера молчала. Видеть бабушку, ее такое знакомое и когда-то родное лицо, ее седые, убранные в пучок поредевшие волосы, ее очки в серой оправе, ее сережки с желтыми, потемневшими жемчужинами в отвисших старческих мочках было невыносимо. И голос ее слушать невыносимо. «Как же я ее ненавижу!» – с ужасом поняла Вера.
– А чемодан твоему голодранцу я уже собрала! – бормотала бабушка. – Правда, дома он не ночует – ясное дело! Что ему дома – жена-то в больнице! Шляется.
До Веры наконец дошло, что бабушка несет.
– Заткнись! – закричала она. – Заткнись, слышишь! Чудовище! – Она уткнулась лицом в подушку, а потом, резко подняв красное, опухшее лицо, зло выкрикнула: – Уходи, слышишь! Видеть тебя не могу!
Бабушка встала со стула, громко вздохнула и прошаркала к двери.
Роб пришел в больницу вечером, в самый ужин. На тумбочке застывала манная каша. Вера увидела, какими глазами муж смотрел на тарелку.
– Ешь, Робка! Ешь! Я не хочу. Пообедала плотно, еще не проголодалась.
Роберт схватил тарелку, и через пару минут она была стерильно чиста.
В голове промелькнуло: «А ведь бабушка права. Наверное, правильно, что этому ребенку не суждено было родиться. Чем бы мы его кормили, господи?»
И кроме жалости в душе шевельнулось что-то другое – липкое, противное, брезгливое и еще презрительное.
«Папаша. Какой из него папаша?»
Через три дня Веру должны были выписать. Бабушка больше в больницу не приходила, и слава богу. Извиняться ни сил, ни желания не было. Да и видеть ее тоже. Помириться? Нет, ни за что! Как можно простить эти слова, это предательство?
Там, в больнице, поняла и еще кое-что – почему ее родители, Инна и Андрей, ютились в крохотной комнатушке, только бы не жить в доме, где хозяйка – бабушка Лара.
Ведь все как под копирку. Все бабушкины претензии к Вериному отцу, а потом и к Владику, ее вечно поджатые губы, брезгливая гримаса и едкие комментарии.
Поняла, как ее бедной маме было непросто. Ревность – и оттого тирания, собственничество, и оттого неприятие. А ведь бабушка Лара совсем неплохой человек.
Накануне выписки осторожно спросила мужа:
– Робка, а мы теперь… куда? Домой я не вернусь, не уговаривай.
– Да я и не собирался тебя уговаривать.
