В бескрайних морях круизный лайнер блестит под звездным небом, а в его глубоких покоях скрываются тайны и приключения. Здесь каждый имеет шанс стать богатым, но есть ли среди путешественников тот, кто решится на риск?
— А ведь я тоже Надьежда… В честь той самой прабабки, которая с прадедом положила начало французской ветви нашей семьи! Только по-французски я Надин… Слушай, тезка, мы просто обязаны выпить за встречу! Тебя, я так понимаю, муж не ждет?
— Куда там… — пригорюнилась Надя, — теперь до закрытия казино там проторчит…
— Значит, время у нас есть! Идем! — Надин решительно подхватила ее за руку.
Надя пошла за ней с охотой — внезапно и впрямь захотелось света и веселья, и шумных разговоров, и музыки. Ее новая знакомая права — хватит лить слезы.
По французской привычке тараторя без умолку всю дорогу, Надин привела ее в небольшое уютное помещение на пятой палубе. Играла музыка, какое-то ретро, за стойкой переливались разноцветные огоньки, там хозяйничал седовласый бармен с серьгой в ухе.
Столики стояли в полунишах, так чтобы соседи не мешали друг другу.
— Я здесь еще не была. — Надя с любопытством огляделась. — Ого, даже танцевать можно…
На пятачке перед стойкой танцевала немолодая пара — церемонно и неторопливо.
— Сейчас мы выпьем вина, — Надин махнула официанту, — но тут подают и еду…
— Спасибо, я ужинала.
Официант принес карту вин, Надин быстро затараторила по-французски. Надя уловила слово «руж», потом «бордо», затем пошли специфические — «медок», «шато-пейрак»…
Она больше любила белые сухие вина, но решила не спорить с новой знакомой — ведь та живет во Франции, а всем известно, что французы лучше всех в мире разбираются в винах.
Официант ушел, получив заказ, Надин достала длинную темную сигарету из пачки и прикурила от красивой золотой зажигалки с вензелем «NT».
— Надин Турнель, — пояснила она, поймав взгляд Надежды, — это по мужу.
— Ты замужем была? — как-то незаметно они перешли на «ты».
— А, два раза! — Надин махнула рукой.
Надя невольно рассмеялась. Ей стало вдруг тепло и весело. И все нравилось в этом баре. Она улыбнулась бармену за стойкой, и он подмигнул в ответ. Просто так, по-хорошему.
— О, вот и вино! — Надин едва не захлопала в ладоши.
Официант откупорил бутылку.
— Силь ву пле, медам! — сказал он, кружа у стола в такт музыке. — Прошу!
И налил рубиновое, искрящееся в свете огоньков у барной стойки вино в два бокала.
