Автор
По автостопу до бара я наводниваюсь возмущенным видом. Встречаю подруга за столиком в углу и сразу обзываюсь ей о том, что меня беспокоит по поводу её сестры. Тут же начинаются смехи и хихики от других друзей, готовых выслушать моё предположение.
Пару шагов и замком щелкаю. На пороге стоит Лидия, та, что мама, но не моя. Одного взгляда достаточно, чтобы понять — хороших новостей я от неё не услышу.
Глава 93
Если Наташа рыдала белугой, разливая вдаль и вширь свои слезные реки, то Лидия Константиновна сидит напротив меня с прямой спиной и старается максимально лицо держать. Периодически я вижу, как она комок горечи сглатывает и глаза опускает, чтоб проморгаться.
— Алёна, я Вас очень прошу, — она снова переходит на «Вы». — Пусть этот разговор и моё появление в Вашей жизни останутся тайной для Кости.
Отдохнула, так отдохнула. С этими мыслями я сижу минут сорок на кухне своей с мамой Кости.
Сложно сказать, что именно я чувствую. Смесь разных эмоций, от ужаса до облегчения, маленькие дырочки во мне прожигает. Вследствие протекания некоторых болезней, на легких человека образуются черные точки, прожилки, словно об них окурки тушили. По ощущениям со мной такой же процесс происходит. В параллель в затылочной части пузырьки лопаются.
Как бы Костя себя не вёл, зла я ему не желала.
— Он в военном госпитале лежит? — в ответ на мой вопрос она кивает. — Я заеду как — нибудь.
Кто из нас ещё малодушный, Алёна? Не думала, что первой поскачу. Но либо так, либо никак. Он теперь скакать не скоро сможет.
На задержания следователи едут без оружия. Первым в помещения заходит спецназ, затем опера и только потом следователи. Это знаю я, это знают люди по ту сторону. Поэтому очень часто преступники сидят тихо, как мышки, открывая огонь в самом конце, чтобы наверняка.
Если честно, я бы уже понеслась. Но я ведь пообещала Лидии Константиновне не сдавать её. Приехать через пару часов после прилета… Он не дурак, догадается, что с чьей — то легкой руки.
— Спасибо большое.
