В мире наполненного звука, лишь мрачный гул прибоя остается последним свидетельством жизни. Попав в безвыходную ситуацию, девушке оставалось только заражаться водой и смотреть на мертвое лицо на берегу — ее единственным источником надежды и одновременно ужаса.
– Очень странно…
Она лихорадочно соображала. Нужно придумать что-то убедительное и… привезти врага туда, где его смогут поймать. Кажется, выход был.
– Разве вы не прятали их вчера вместе? Ну, когда ныряли в пещеру? – продолжила она.
Ей показалось, или руки, лежащие на руле, слегка дрогнули.
– Нет, он нырял один. Я просто страховал на берегу, – отозвался водитель.
– А… – Кира судорожно огляделась. – А остановите, пожалуйста. Куплю минералки, очень пить хочется.
Ей бы выбраться из машины, а там уж как-нибудь. В конце концов, вокруг люди, не станет же этот Рыжов, или как там его на самом деле, стрелять?.
– Не будем терять время. На месте все есть, – отрезал он не слишком любезно.
Попытка сбежать с треском провалилась.
Машина съехала с людных улиц, пропетляла немного и выехала к знакомой Кире бухте. Вот и всё.
– Ну, выходи, приехали!"
"Дверцу с Кириной стороны распахнула красивая женщина. На этот раз на ней были обычные джинсы и темная футболка, однако не узнать Светлану Кира не могла.
– Выходи.
– Ветрова называют Ураганом, а вовсе не Ветром, – объяснила Кира, медленно выходя из машины. – И ваш шофер, очевидно, тоже вовсе не Рыжий. И даже не Рыжов.
– Прокололись, бывает, – Лана равнодушно пожала плечами. – Рыжего под рукой не нашлось. У меня всего-то помощников: Стас да вот этот, – кивнула она на водителя.
Она была безупречно хороша. Странно, что Стас говорил о долгих поисках ракурса, Кире казалось, что фотографировать Шаблину можно буквально с любого ракурса. Не найдешь недостатков, как и в кукле Барби. Не зря Соня называла мачеху куклой.
– Зря ты в это вмешалась, – Светлана вздохнула. – Я знала, что девчонка тебе обо всем разболтала, вы ведь такими подружками стали, но пожалела тебя.
