Девушка с раскосыми карими глазами, смугло как лунный свет, вызывает восхищение и негодование одновременно. Встреча со старшей знакомой шепчет о роковых принуждениях любви, а между ними витает тонкий дым атмосферы невысказанного желания и скрытых планов.
Что это за сапожник без сапог, главный, сука, безопасник половины России, к которому смогли прощемиться эти мелкие паразиты.
— Вдовин! — рявкнул я в трубку в ярости. — Живо дежурную группу поднимай, и дуйте на всех парах в мой дом в Малиновке! Знаешь где?
— Как не знать, шеф, — пробасил мне в ответ зам по оперчасти. — Проблемы?
Я в двух словах обрисовал ситуацию.
— Привезешь мне этих ушлепков в Карский! — приказал я, выключая компьютер.
— Наказывать будешь? — хмыкнул он.
— Еще как! Глаза на жопу натяну, руки поотрываю и туда же засуну и дерьмо потом жрать заставлю!
— Одобряю!
— Только смотри, чтобы никаких ментов, — напутствовал я.
Эх, погано, что Малиновка — все же человеческий загородный поселок. Был бы нашей территорией, я бы прямо там охоту на баранов этих устроил. Загоняли бы их как дичь.
— Да я ж не первый раз замужем, шеф! — почти огрызнулся подчиненный, прерывая связь.
А я надел пальто, спустился на лифте на первый этаж и остановился на пару секунд перед зеркальной стеной в холле, любуясь собственной кровожадной ухмылкой и тем, как светлеет хищно радужка, а зрачок вытягивается. Зверь заворочался под кожей, заворчав в предвкушении, кулаки уже прямо чесались, ногти ныли, а внутри так и кипела жажда сжимать цыплячьи шейки этих прыгучих козликов, и в голове рисовались сценарии наказания один гнуснее другого.
Но уже на подъезде к Карскому меня настиг облом.
— Ни слова никому, что сначала был взлом и только потом пожар! — зарычал я.
Даже если мелкие ублюдки сейчас горят там, то туда им и дорога! Репутация фирмы дороже каких-то оборзевших сопляков. А вот если не горят… Вот тогда мы их из-под земли достанем и на ленты порежем.
