Автор
История о столкновении двух миров: успешного и циничного мужчины, чья машина повреждена хулиганом, и его матери — простой женщины, пытающейся защитить своего сына. Встреча разжигает конфликт, который может измениться в совершенно неожиданную сторону.
– Спасибо, Петр, не знаю вашего отчества, – вякнула я, чувствуя, что напряжение меня отпускает, зато по венам растекается странное тепло.
– Господин Боярцев так же напомнил мне о субординации. Я Петр, вы хозяйка. Отдыхайте. Примерное время в пути полтора часа. В баре есть шампанское и минералка. Хозяин не признает французскую воду, вам наверняка это известно. Так что придется довольствоваться Нарзаном. – закончил разговор водитель и я увидела, как поднимается темное стекло, разделяющее пассажирскую зону лимузина и водительскую. Тут же нещадно захотелось пить.
Размеренно выпила полбутылки воды и сама не заметила, как задремала. Проснулась от того, что мой железный конь замедлился, а вскоре и вовсе остановился. Я посмотрелась в затемненное стекло, как в зеркало, дождалась, пока передо мной Петр откроет дверцу, выбралась на свет божий, вдохнула несвежий городской воздух.
– Вам туда, – указал мне на шикарную дверь, к которому вела не менее шикарная ковровая дорожка цвета первой зелени. Я медленно пошла в указанном направлении, боясь оступиться, упасть в обморок и опозориться любыми иными способами.
Два амбала замершие у двери оживились, увидев мое, далеко не эффектное, появление. Видимо все гости давно уже прибыли и я последняя явилась, как Золушка на адский бал. По крайней мере, именно так я себя чувствовала.
– Ваше приглашение, госпожа…
– Боярцева, – пискнула я, впервые назвавшись чужой фамилией. Точнее, временно моей.
– Боярцева должна же в красном быть? – громко шепнул один охранник другому, наивно надеясь, что я не услышу. Слух у меня, как у овчарки, нюх тоже. – Не велено…
– Велено, не велено. Не в красном, значица можно, – зашипел второй секьюрити, похожий на своего товарища, словно «двое из ларца». Да уж, и ума у них видимо на двоих, – билет есть? Есть. Не в красном? Не в красном. А потом, Макар Федорович сказал, что баба не бутончик будет. А этой я бы…
– Вдул? – хмыкнул мордоворот, заставив меня залиться под маской свекольной краснотой.
– Простите, вы меня задерживаете, – от злости у меня аж голос прорезался. Нет, я сердилась не на этих дуболомов и не на то, что меня не впускают. Ну, Лось, я тебе устрою. – Или хотите с работы вылететь. Я вам это быстро организую, – господи, что я несу? Что я могу организовать, кроме очередного идиотизма? Но меня несло по кочкам.
