В мире безграничного могущества Люцифера, воля человеческая теряет свой звездный сияние. Каждое действие теперь цепляется за тонкую ленточку желаний и влечений — того, что достойно вознаграждения. В этом зале диких мгновений и безумных размышлений Люцифер задает вопрос: "Зачем ты это сделал?", не обращая внимания на ужасающий тон громкого голоса, который мог бы пугать обычного человека.
Владелец лавки, который и начал разговор о столице, подобного не выдержал, привлек внимания к себе.
— Да, буду, — Альма потянулась за кошельком, пытаясь вновь вникнуть в разговор, после того, как ее отвлекли.
— Кальми? При дворе? — девичья рука на какое-то время застыла на мешочке. — Глупости, Брэн, как есть глупости! Их нет давно. Всех истребили.
— Всех не всех, а одна, значит, затерялась. Говорят, ее долго прятали при дворе, а потом один из лордов к рукам прибрал. Конечно… Не хотят они помирать, и так живут дольше нашего раза в три-четыре, так еще и подстраховаться не против никогда…
— Что за лорд?
— Уж много ты хочешь, — Брэн явно хмыкнул, — кто ж тебе скажет? Явно какой-то важный. А тебе-то зачем?
— Ненавижу это отродье… — в голосе говорящего было столько злости, что Альму непроизвольно передернуло.
— Лордов, что ль, ненавидишь?
— Тех, из-за кого лорды себя всесильными чувствуют. Попадись она мне в руки, я б…"
"— Ну-ну; — вновь послышался смех. Они говорили о жутких вещах так, будто травили шутки. — Лучше подумай своей головой. Ее хранить должны, как зеницу ока. Не то, что в твои руки не попадет… И света белого не увидит, наверное. Хотя твоя правда… Я б тоже…
— Прошу, миледи, — учтиво склонившись, Альме протянули упакованный уже букет, который тут же полетел на дно корзины, и меньше всего сейчас волновало то, что он может окончательно помяться.
Знали бы сплетники, при ком ведут разговоры о кальми, что сделали бы? Это просто болтовня или все правда так? Через столько лет, столетий люди до сих пор ненавидят? За что? Почему? Она ведь тоже человек. Просто человек. Такой же, как они… Почти.
— Все хорошо, миледи? — заметив перемену в ее поступи, к Альме приблизился один из провожающих охранников.
— Да, пора возвращаться, — бродить дальше как-то не хотелось. Может, Ринар прав? Может, ей правда лучше там, за щитом? Подальше от толпы?
Она мечтала о свободе, но никогда не мечтала об окружении людей. Тем более людей, которые, не зная, уже ненавидят.
* * *Прошла весна, наступило долгожданное лето. Теперь вылазки в город Альма совершала куда реже и лишь в том случае, если в пределах щита становилось совсем тоскливо.
Больше чем на несколько дней Ринар не приезжал. От мужа получать информацию было жутко сложно — он не отличался многословностью, просто обронил несколько раз, что Приграничье снова волнуется, а король вместо того, чтоб укрепить армию, ведет себя как обиженный мальчишка. За что Синегар обижается, Альма представляла.
